ВООРУЖЕННЫЙ ГРАБЕЖ — Как хорошо тут, — сказала Катя, рассматривая старинных кукол в витринах. — И тихо, — подхватила Таня. — Будто в прошлый век попали. Тема, всегда с большим почтением относился к старинным вещам, разглядывал механическую швейцарскую куклу и сказал: "Эти игрушки словно переносят нас в другой мир..."...
— Про Павла, — раздался над ухом спасительный шепот Женьки.
— Вы нам про Павла сегодня рассказывали, — громко повторил Тема.
— Предположим, ты прав, — с довольным видом произнес Андрей Станиславович. «Молодцы у меня ребята, — размышлял учитель. — Черт знает чем занимаются на уроках, но все равно материал наматывают на ус».
От Темыча не укрылось, что Андрей им доволен. Он решил закрепить успех. Ему смутно запомнилось что-то про роковую ночь, Пушкина и Украину. Изо всех сил стремясь обрадовать любимого учителя, мальчик сказал:
— Особенно мне понравилось про роковую ночь Пушкина.
— Пушкина? — поднял почему-то очки на лоб Андрей Станиславович.
— Да, — на ходу теряя уверенность, пробормотал Тема. — На Украине.
В классе стало твориться что-то неимоверное.
— А о ком, ты говоришь, я рассказывал? — решил выяснить степень сегодняшней Теминой некомпетентности Андрей Станиславович.
— О Павле, — схватился за это имя Тема, как утопающий за бревно.
— О каком Павле? — последовал новый вопрос учителя.
Темыч глубоко задумался.
— Об апостоле Павле, — громко изрек Тема.
— Я вам что, закон божий преподаю или историю? — крикнул Андрей Станиславович.
— Ну, я не знаю, — смешался Темыч. Тут раздался звонок на перемену.
— Двоек ставить не буду, — развел руками учитель. — Но если ты, Темка, мне к следующему уроку не ответишь про Павла Первого…
— Отвечу, — пообещал Темыч.
— Все свободны, — снова заговорил учитель. — А Тему, Олега, Женьку, Таню и Катю прошу задержаться.
Катя состроила Теме зверскую рожу.
— Так, — окинул пятерых друзей строгим взглядом учитель, когда остальные вышли из класса.
— Вы уж нас извините, — с покаянным видом проговорил Олег. — Просто проблема была очень важной.
— Могли бы другой урок для своих проблем выбрать, — сказал Андрей Станиславович, всегда очень ревностно относившийся к собственному предмету. — То есть, — спохватился он, — я хотел сказать, посторонние проблемы надо обсуждать после уроков.
— Мы больше не будем, — тихо и жалобно проговорила Таня.
