Надо признать, что, скорее всего, участок, который соединял на плане Тайницкую башню с Благовещенским собором, скорее всего, полностью завален. Засыпан оседающим грунтом именно по той причине, что в 1770 г. прямо над ним проводились большие земляные работы, связанные со строительством дворца. Работы были прекращены, когда внезапно треснула южная стена Архангельского собора, которая находится ближе всего к Тайницкой башне, и, следовательно, к тому месту, откуда брали начало как минимум два подземных хода. Участок хода от Теремного дворца до Троицкой башни тоже, скорее всего, полностью обрушен. Именно над ним был построен Государственный Кремлевский дворец. Но вот участок подземелья под Благовещенским собором, Грановитой палатой и самим Теремным дворцом, идущий на глубине примерно 16–26 м, имеет все шансы уцелеть, так как никакие строительные работы над этим участком не велись в течение почти 500 лет. Так что именно поэтому и был найден вполне исправный отрезок хода, протянувшийся и под дворцом, и под Грановитой палатой.
Представим себе теперь, как же именно проходило то незабываемое подземное путешествие дьяка Василия Макарьева.
Он спустился в подвал Тайницкой башни, приблизился к мощной двери и отбросил ногой мешающие открыть ее камни (рухнувшие со свода). Затем спустился по ступенькам каменной лестницы и увидел уходящий во мрак широкий ход. Зажег огнивом толстую свечу и, несколько раз произнеся: "Господи спаси и помилуй", — двинулся в глубь пахнущего стылой сыростью подземелья. Пройдя 50 саженей, он оказался как раз под Благовещенским собором, а продвинувшись еще немного — под Грановитой палатой. Вскоре, справа от себя он увидел две черные полукруглые двери и не преминул осмотреть их. Каждая из них была заперта на два висячих замка и, кроме того, опутана мощными, почти в руку толщиной, цепями. В крохотное окошко, забранное железными прутьями, было плохо видно, но, просунув в него свечу, дьяк так и замер от неожиданности. Плотные ряды поставленных друг на друга сундуков, громоздящихся под самые своды странного хранилища, поразили его воображение. Сундуки были покрыты вековой пылью и вполне могли лежать нетронутыми со времен самого Ивана Грозного.
А что же находилось в тех сундуках? Вопрос не так прост, как кажется. Так Игнатий Стеллецкий полагал, что в тех сундуках хранились книги громадной библиотеки, которую начали собирать еще задолго до воцарения Иоанна Васильевича. Что ж, версия вполне жизнеспособная, поскольку книг было действительно много, они были большими, а потому и объем занимали соответствующий. Другие ученые мужи полагают, что в хранилищах лежали архивные книги, коих за столетия набралось немало. Возможно, и это правда.