По горизонту воздух грозил раскалиться до неприемлемых температур, и Артём боялся не успеть найти укрытие перед первыми лучами солнца. В посёлках Песчаного Пояса поджаривание считалось казнью — но ведь она проходила за несколько часов. А в этой ночи жертвой могла стать каждая душа, оставшаяся вне защиты....
Им можно с холма посветить, предупредить… Может, успеют вытащить идиотов?.. — Олег снова поднёс бинокль к глазам.
И, на зависть подчинённым, через несколько секунд снова усмехнулся:
— Во дают, циркачи…
Дневник Кумачёва А.А., по прозвищу «Лыцарь»
День двести шестидесятый. Окраина Песчаного пояса
— Чё? Выбрались, что ли? — удивлённо оглядываясь, спросил Паша.
И в самом деле, местность вокруг стремительно менялась. Вместо бесконечных барханов впереди виднелись какие-то холмы с чахлой растительностью.
— Нет ещё… — ответил я, с трудом переставляя ноги от жары.
— Давай, народ! Поднажмём! — прогудел впереди Пустырник. — Вон там, за холмами, укрытие есть! Ну же!..
— Да не рви ты глотку! — попросил его торговец Карп, единственный, кто мог себе такую наглость позволить. — Все идут, Пустырник! Как могут, так и идут!..
— Надо поднажать! Солнце скоро выйдет! — громко оповестил всех Пресня.
И все, включая Карпа, поднажали. Хотя ещё пару минут назад я думал, что это невозможно.
Есть ещё силы! Дойдём!
Шестнадцать дней пути по пустыне! Изматывающая жара, ядовитые твари, пустые бочонки из-под воды, куча солнечных ожогов… Я даже не представлял, как тяжело будет!
Если бы представлял, никуда бы из Тутгорода не ушёл. У него хоть и дурацкое название, но там хоть нормально жить можно…
Стоило ли оно того? Я пока не знаю, если честно. Я вообще не уверен, что мы сможем обратно дойти. Пустырник, конечно, говорил на одном привале, что уже дважды проходил этот маршрут: и в одну, и в другую сторону…
Вот только я не представляю, как он это провернёт.
Не думал, что будет так тяжело… Да и сейчас ещё ничего не закончилось.
Караван прошёл между двумя холмами и оказался на краю каньона. Настоящий каньон — и даже речка на дне имелась!.
Правда, как туда спускаться, я не понимал. Но Пустырник вёл нас не вниз, а в сторону. И вскоре я понял почему.
Стены каньона там смыкались широкой аркой. Получался как бы естественный мост на другую сторону. А с противоположной стороны под мостом был отчётливо виден тёмный зев грота. И даже спуск удобный имелся…
Именно туда Пустырник и поспешил, увлекая за собой караван. Люди потянулись к убежищу, которое обещало прохладу и спокойный дневной сон.
