По горизонту воздух грозил раскалиться до неприемлемых температур, и Артём боялся не успеть найти укрытие перед первыми лучами солнца. В посёлках Песчаного Пояса поджаривание считалось казнью — но ведь она проходила за несколько часов. А в этой ночи жертвой могла стать каждая душа, оставшаяся вне защиты....
К тому же, не все оказались на глубине. У многих капсулы на поверхности снега остались, и они тоже копали. Мы потом весь остаток дня пытались вытащить людей!.. Но даже не знаем, всех ли удалось найти...
— Почему? — спросил Сочинец. — Вы же знали точное количество людей в группе.
— Да, но мы не были уверены, что они все мертвы… — горько бросил Дмитрий. — Ночью снова подморозило, и снова шёл снег… Мы сумели сделать убежища в снегу. Разожгли костры, пытались греться... Снег таял, стекал вниз. К середине ночи все уже забирались повыше — на камни, на неровности среди луж.
— Ну главное, что бы не заболел никто! — заметил Дунай. — Хотя тут пока такого не было замечено...
— Болеют... — Дмитрий покачал головой. — Мы тоже думали, что здесь не болеют. А оказалось… Воспаление лёгких подхватить — проще простого.
Дмитрий снова помолчал. А потом помрачнел ещё больше и продолжил:
— Нашли на свою голову… К вечеру восьмого дня.
— И тебя послушали? — удивилась Кострома.
— Больше. Только оружия было мало. Многие его за собой в капсулы не таскали, чтобы грязь не разводить, — ответил Дмитрий. — Короче, неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы мы на рожон полезли... На следующий день — новый посёлок. На следующий — новый. И снова везде требуют платить... А у нас людям банально есть нечего! Многие пытались растения здешние есть. Отравились. А все, кто заболел в первый день после лавины...
