В темное утро на Малой Дмитровке, где жизнь и мечты тщательно скрываются за бордюром стоп-сигналов, Катя огибает удачный случай — опущенное стекло. Замысловатый сюжет о любви, предательстве и неожиданной верности в мраке ночи ткнется носом в кровопролитные конфликты. Встреча на этом перекрестке раскрывает драму заговора небес — где каждая капля дождя заменяет обещания, а каждый световой отсчет готов к стрельбе....
Надо действовать осторожней, чтобы не выдернуть из гнезд все эти шланги, связывающие монитор с процессором и принтером. А то сама она не наладит. Придется виниться профессору, просить подключить… Хоть это он делал по дому, электричества не боялся, даром что энергетик… Но профессор – в библиотеке.
Компьютер у Кати был старенький – стыдно сказать, триста восемьдесят шестой. Новый «пентиум» Дьячков присвоил себе. Предлог был тот, что у него – расчеты, а у нее всего-то навсего: слова (хоть и иностранные).
«А ведь где-то у меня могла остаться визитка его, брата Никиткиного…» – подумала Катя.
У Екатерины Сергеевны имелась привычка, которую муж считал дурной, а именно: никогда не выбрасывать визитные карточки. Не только визитные карточки, но даже клочки бумажек с номерами телефонов. В этом не было ничего практического или коллекционерского. Она хранила визитки исключительно из мистических – почти суеверных соображений.
У Кати просто не поднималась рука ни одну из них порвать. Или, допустим, кинуть в мусорное ведро.
Получались будто бы похороны.
У нее валялись карточки, полученные ею аж в восемьдесят шестом, восемьдесят седьмом году – когда визитки еще служили своего рода «метой удачи».
Что ж: может, один раз в жизни ей пригодится ее визитно-карточное собрание?
«Прочешем его, – решила Катя, – но сначала допылесосим кабинет!»
Когда она выгребла карточки из всех четырех ящиков стола на ковер, получился внушительный холмик.
Катя принялась бессмысленно перебирать их.
«Как же я его, этого брата, найду? – вдруг подумала она.
