В сером мареве шоссе машина скользила по тоннелям унывания. Я, случайно попавший на рабочую смену в пароходное сообщество, осознал свою судьбу через мелкое невезение. Замерев перед страстной интуицией и необъятным потоком времени, я увяз в загадочной истории Ярославского речного пароходства, где каждое движение нарушало равновесие мироздания....
Понаблюдал я за ней с четверть часа — никакого движения. Ни деревенских, ни военных — наших или немцев — не видать.
— Пошли. Ежели в деревне немцы, бросай гимнастерку с консервами и беги в лес. Я с пулеметом попробую отбиться и — за тобой.
— Так точно, товарищ командир.
Так и пошли. Я впереди с немецким МГ наперевес, сзади — Василий.
Что-то тихо в деревне. Не слышно, чтобы куры кудахтали или коровы мычали. И жители где? Не нравилось мне все это, но теперь уже и к лесу поворачивать поздно.
Мы подошли к крайней бревенчатой избе — на двери замок. Ко второй — двери нараспашку, изба пустая.
Василий присел на крыльце под навесом, я же не поленился проверить всю деревню. Ни людей, ни животных — никого.
Вернулся к Василию:
— Никого, пустая деревушка.
— Харчи есть, в избе переночуем, обсушимся. Даже огонь в печи можно развести, — предложил обрадованно Василий.
— Э, нет, Вася. По дыму нас сразу и учуют. Я здесь постерегу, а ты пройдись по сараям, может, нож сапожный или топорик, на худой конец — стамеску или отвертку найдешь.
— Это точно.
Василий ушел, но вскоре вернулся. В одной руке он нес кухонный нож, в другой — небольшой топорик. Тут же на крыльце, под навесом, мы открыли банки. Одна оказалась с тушенкой, другая — с кашей. Пользуясь ножом вместо вилки, мы моментом съели содержимое. Маловаты баночки. Открыли еще две, и только после этого почувствовали себя сытыми.
— Ну что, Василий, давай ночлег искать.
— Да ты чего, командир! Вот же изба!
— А если вечером немцы нагрянут?
— Сыро же, дороги развезло. Вон, даже самолеты ихние не летают.
— Ты про танки забыл, Вася.
— Нужна им эта занюханная деревня…
— Нет, поищи баньку или сеновал какой — только от изб подальше.
Повздыхал Василий, да старших слушаться нужно.
Он побрел на зады деревни и вскоре вернулся.
— Есть сарай, похоже — сено в нем раньше было.
— Веди.
Сарай был небольшим и сухим. В углу солома нашлась.
— Вот что, боец. Ты пока поспи, а я покараулю.
— Чего там караулить, пустая деревня-то.
Я демонстративно посмотрел на часы:
— Через четыре часа разбужу. Время пошло.
Василий улегся на солому, повертелся немного — уж больно она кололась, но вскоре уснул.
Я лежал, поглядывая на смутно виднеющуюся за пеленой дождя дорогу, и размышлял.
