В сером мареве шоссе машина скользила по тоннелям унывания. Я, случайно попавший на рабочую смену в пароходное сообщество, осознал свою судьбу через мелкое невезение. Замерев перед страстной интуицией и необъятным потоком времени, я увяз в загадочной истории Ярославского речного пароходства, где каждое движение нарушало равновесие мироздания....
«Иванов» кивнул мне на стул:
— Садись, взводный. Настроение как?
— А что, настроение боевое.
— Не болеешь?
— Здоров.
— Сегодня ночью надо в тыл к немцам идти.
— Понял уже. Группу из скольких человек готовить?"
"— Не надо группу готовить. Ты нас поведешь. В группе, кроме тебя, двое будут — я и еще один человек.
— «Товарищ Сидоров»? — съязвил я.
Уловив мою иронию, «товарищ Иванов» усмехнулся:
— Можно и так назвать. Во взводе о выходе — ни слова.
— Понял.
— Тогда пока иди, готовься.
К вечеру я стал собираться — проверил автомат, пару гранат взял, оделся подобающе.
На спине у второго горб топорщится — не иначе как рация. Значит, далеко пойдем и не на один день.
— Готов? — осмотрел меня майор.
— Давно.
— На этапе перехода через фронтовую полосу ты — старший группы, потом подчиняешься «товарищу Иванову».
— Так точно.
— Тогда — на передовую, там знают о вашем переходе и ждут.
Поправив снаряжение, «Иванов» с «Сидоровым» направились было к выходу.
— Стойте!
Все трое удивленно воззрились на меня.
— Попрыгайте!
Начштаба не на шутку разозлился:
— Товарищ старший сержант, вы что себе позволяете?
Однако оба моих попутчика добросовестно попрыгали на месте. Ничего не стукнуло, не звякнуло, из чего я сделал вывод, что такие вылазки им делать не впервой.
Мы направились к передовой. Начштаба все время нервно поглядывал на часы. Причину беспокойства я понял несколько позже. Едва мы прибыли в траншеи, как к нам навстречу поспешил командир роты, явно оповещенный заранее.
— Пройдемте на правый фланг, там местность удобнее для перехода.
Ротный подсветил часы:
— Сейчас начнется!
В нашем тылу послышались выстрелы пушек, потом подключились минометы. Били прицельно, по пулеметным гнездам гитлеровцев. На несколько минут земля на позициях вздыбилась, пехотинцы попрятались в окопы и траншеи.
— Пора! — Майор посмотрел на «Иванова». Он согласно кивнул.
Вот почему начштаба так нервно поглядывал на часы! Он, зная о предстоящем артиллерийском обстреле, спешил к назначенному времени.
— Спасибо, Николай Иванович. — «Иванов» протянул руку, прощаясь.
Мы выбрались из траншеи и по-пластунски поползли к немецкой передовой. К моему удовольствию, колючая проволока во многих местах была порвана взрывами.
