В сером мареве шоссе машина скользила по тоннелям унывания. Я, случайно попавший на рабочую смену в пароходное сообщество, осознал свою судьбу через мелкое невезение. Замерев перед страстной интуицией и необъятным потоком времени, я увяз в загадочной истории Ярославского речного пароходства, где каждое движение нарушало равновесие мироздания....
Пилот тут же ушел, а я стоял и глупо озирался. Что делать? Документов нет, и главное, я не знал, на каком я положении здесь и волен ли уйти?
Подошел лейтенант:
— Сержант, оружие верни — казенное.
Я без сожаления отдал автомат.
— Иди за мной.
В это время из первой машины неловко вылез «товарищ Сидоров». Рукой махнул мне:
— Подойди, сержант.
Я подошел.
— Спасибо, дружище, что добрался до наших, документы и меня вывез. Чего тебе в свой взвод возвращаться? Ты парень сообразительный, шустрый. Тебя бы подучить немного — хороший разведчик бы получился.
— Я и так в ней служу.
«Сидоров» досадливо поморщился:
— Нет, я не о полковой или дивизионной разведке говорю. «Языка» в плен взять тоже, конечно, суметь надо, но это — тактика. Я же тебе более серьезное дело предлагаю.
— Так документы мои у старшины остались, во взводе."
"— Плюнь на них. Мы тебе сами документы выправим и в дивизию сообщим, чтобы тебя дезертиром не считали.
— Подумать можно?
— Можно — часа два. Вот пусть лейтенант тебя немного просветит о нашей службе.
Лейтенант кивнул, и мы зашли в здание.
Предполагая продолжение разговора, я и не знал, что снова увижу «товарища Сидорова» не скоро. Встретиться с ним мне доведется только через год.
Лейтенант завел меня в небольшую комнатенку, нечто вроде бытовки.
— Чаю хочешь?
— Да я и поел бы чего-нибудь. То взаперти держат, то — самолет, то — тыл немецкий… А по-человечески поесть нигде не дают.
— Сейчас.
Лейтенант ушел, а когда вернулся, поставил на стол тарелку с вареной картошкой, полбуханки белого хлеба и — диво дивное! — изрядный кусок полукопченой колбасы, источавшей восхитительнейший аромат.
— Да ты ешь, сержант, я сейчас чайку подогрею.
Лейтенант поставил на электроплитку большой эмалированный зеленый чайник.
Я жадно накинулся на еду, набил полный рот картошкой с колбасой. Вкуснятина! Съел все подчистую, до последней крошки.
Лейтенант удивился:
— Здоров же ты есть.
— Как ем, так и воюю. А если серьезно, так я не только поесть от души не прочь, но и голод стерплю, коль нужда такая приключится. За разведчиками полевая кухня не ездит! Ты о деле рассказывай!
И рассказал мне лейтенант, что еще в июле создана Особая группа НКВД под командованием Павла Судоплатова, а при ней — особая мотострелковая бригада, цель которой — разведывательно-диверсионная деятельность в глубоком немецком тылу.
