В сером мареве шоссе машина скользила по тоннелям унывания. Я, случайно попавший на рабочую смену в пароходное сообщество, осознал свою судьбу через мелкое невезение. Замерев перед страстной интуицией и необъятным потоком времени, я увяз в загадочной истории Ярославского речного пароходства, где каждое движение нарушало равновесие мироздания....
В казарме было пусто, и я откровенно скучал, слоняясь по казарме и бытовке, но к вечеру сразу ввалилась толпа курсантов в военной форме, и все без знаков различия. И что у них тут за мода такая? Секретность секретностью, но ведь курсанты в город не выпускаются, так зачем огород городить?
— О, у меня сосед появился! Давай знакомиться, меня Виктором звать.
Парень стянул с себя гимнастерку, аккуратно сложил ее на табурете рядом с койкой и протянул мне руку.
— Петр, — представился я в ответ.
Рука у Виктора была сильной, рукопожатие крепкое.
— Давно у нас?
— Только прибыл.
— Откуда? Можешь не отвечать, если секрет.
— Не секрет — с передовой, командиром взвода разведки был.
— Ух ты, здорово! А мне повоевать еще не пришлось. Что, и живого немца видел?
Я улыбнулся такой непосредственности:
— Не только видел, сам «языка» брал и не раз.
— И как они?
— В каком смысле как? Люди как люди, только форма другая.
Виктор удивился:
— Они же фашисты!
— У них что, рога должны быть? Воюют умело, в технике и вооружении недостатка нет.
"— Ничего, подтянутся наши войска из тыла — Сибири, Дальнего Востока, сразу отбросим их к границе, а там и дальше погоним. Еще надаем им по мордасам!
Спорить я не стал, зная, что надаем по мордасам и не только, но будет это через долгих четыре года. Чего с Виктора взять? Парень молодой, боевого опыта нет, пороху не нюхал, да и мозги, похоже, идеологией большевистской заморочены до предела.
Уверенность в победе — непременное условие для воина, но без фанатизма.
Поужинали мы в столовой. Меню хоть и не отличалось щедростью и разносолами, а все же было сытнее, чем на передовой. Таких бы харчей ребятам в траншеи, а то бывали дни, когда и ржаных сухарей вволю не видели. Интересно, почему в школе НКВД питание лучше? Потому что здесь дыхание войны не так остро чувствуется или нормы питания в НКВД выше?
На следующий день, уже после обеда, меня через дневального вызвали в штаб, зачитали приказ о зачислении в штат ОМСБОНа курсантом школы разведки и выдали документы.
Военный вышел из-за стола, пожал мне руку, поздравил с зачислением в бригаду и сказал:
— Пройди в третий кабинет.
Явился. За столом — военный, естественно, без знаков различия.
— Курсант Колесников.
