— Отлично, Фредя! — Она спрятала бумажку куда-то за пояс юбки. — Можешь и ночевать у меня, если чего… Ты где остановился? В гостинице? Там дорого, наверно, я тебе комнату задёшево сдам, в одной ты будешь, в другой — я… Я две комнаты снимаю…
— Под крики и стоны клиентов не очень-то и уснёшь.
— Никаких криков! Дом сталинский, стены — во, в пять хуев толщиной, — она показала руками отрезок в метр, — еще твои немцы строили… — а на мой вопрос, какие такие мои немцы и что они строили, старик пояснил:
— Она имеет в виду — военнопленные, немцы, после войны. Да, что при Сталине построено — до сих пор прочно стоит, спросом пользуется… И мой номер запишите, у меня тоже две комнаты, милости просим. Так, дай бог памяти… Пять… Пять… Потом три двойки… Тридцать девять в конце… улица Нежданова, 58, киоск напротив дома. Я или дома, или в ларьке… Видно, что вы — учтивый и вежливый молодой человек, не то что этот Юрка-быдло… Оставь, говорит, Самуилыч, пакет до вечера, таскать с собой неохота, вот тебе 1000 рублей, вечером — столько же… расплачусь при заборе…
— На каком заборе? — не понял я.
— Ну, когда забирать придут. А забрали — меня: явились менты, пакет вскрыли — там пахучий цветок какой-то… весы у них с собой были…
— Да не заливай! Прекрасно ты знал, что в пакете!.. Первый раз, что ли?
— Да я… 50 лет в библиотеке проработал… интеллигентный человек… нужда заставляет…
— Это ты ментам лапшу вешай, мне-то чего заливаешь? — Алка взвилась возмущенной грудью. — Я сама у тебя как-то экстези брала!
— Это ментоловые таблетки, что ли? — сделал заинтересованное лицо старик.
— Хрен там ментоловые! Экстези! Ты еще пошутил — мол, меняю на виагру…
Старик обидчиво подтянул губы:
— Мне, слава богу, виагра пока не нужна…
— Как же!.. Барыга старый!
— Не раздражай меня! Я хоть и незлобивый, но тоже могу укусить…
А мне под их ласковую перепалку стало думаться вдруг, какие все-таки русские люди — простые и легкие в контактах: угощают пирожками, дают адреса, телефоны, приглашают в гости… А как по-доброму, по-человечески они говорят друг с другом!..
