Он не верил! Не верил, что Самохину удалось, да еще так запросто, то, что не удалось ему. Так не бывает.
— И кто же он, товарищ полковник?"
"— Это учитель. Учитель начальной школы. Обычный, неприметный человек. Добрый, вежливый. С проблемами сексуального характера. С этими проблемами он неоднократно обращался к докторам, гм. К слову, капитан, его облик полностью соответствует психологическому портрету, который для нас подготовили специалисты.
— И в который ты не верил, Володя, — с легким упреком вставил Самохин.
Но Воронову в его реплике послышалось нечто большее. Слова Самохина звучали так, как будто он уже прозревал аплодисменты. Не умозаключения следователя, а гортанный клич самца-победителя. Самохин наверняка мысленно свой торс уже увековечивал в бронзе.
— Улики? Есть улики, товарищ полковник?
— Все к Самохину, он готовит доказательную базу. Утверждает, что хватит на трех преступников. Н-да. В общем, надеюсь, что сегодняшним совещанием мы подвели итог. Все, я никого больше не задерживаю.
Воронов, на минутку.
Он застыл у двери, наблюдая, как коллеги проходят мимо. Самохин вышел последним. И конечно, сволочь, не преминул шепнуть насчет старухи, на которую тоже бывает проруха.
Гад.
— Ты понимаешь, что это провал, Володя? — Полковник устало покачал головой, глянул на него с укоризной. — Не ожидал. Честно, не ожидал от тебя. Всегда так успешно раскручивал дела. А тут сломался!.. Может, твои семейные неурядицы тебя подкосили, не берусь судить. Но такой провал сразу после назначения на должность… Это не есть хорошо, н-да.
Слушай, а ты в отпуск не хочешь?
— Я уже был в отпуске, товарищ полковник, — напомнил Воронов.
— Так я тебе еще один устрою! Запросто.
— Товарищ полковник, простите, что перебиваю. — Воронов вздохнул, покусал губу. — В отпуск мне не надо. И просьба… Можно мне его допросить?
— Кого? Маньяка?
— Подозреваемого.
По тому, как сощурил глаза полковник, он понял, что положение его не из лучших.
— Допрашивай. Самохину скажи, что я разрешил, — нехотя кивнул Огарев.
И махнул в сторону двери. — Все, ступай. И впредь, пожалуйста, будь аккуратнее с версиями. Ты знаешь, как я к тебе отношусь. И знаешь, как к тебе относится Самохин. Он не преминет… Ладно, иди. Допрашивай, пока его в изолятор не увезли. Я распоряжусь.
— Итак, вы утверждаете, что именно вы убили всех троих?
Двадцатью минутами позже Воронов уже допрашивал подозреваемого.
Самохин, понятно, активно воспротивился тому, чтобы такой допрос состоялся.
