Раненый снайпер, став инвалидом, оказывается перед выбором между быстрой смертью и мучительным выживанием в опасной Зоне. Две враждующие группировки охотятся за его головой, оставляя герою лишь одну надежду – найти в себе силы для последней битвы.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Закон свободы» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Раненый снайпер, став инвалидом, оказывается перед выбором между быстрой смертью и мучительным выживанием в опасной Зоне. Две враждующие группировки охотятся за его головой, оставляя герою лишь одну надежду – найти в себе силы для последней битвы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Раненый снайпер, став инвалидом, оказывается перед выбором между быстрой смертью и мучительным выживанием в опасной Зоне. Две враждующие группировки охотятся за его головой, оставляя герою лишь одну надежду – найти в себе силы для последней битвы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Когда же думаешь о них хорошо, последующие разочарования удовольствия не доставляют совершенно. Да и случаются те разочарования гораздо чаще…
Я тряхнул головой, отгоняя философские мысли, в данной ситуации совершенно неуместные. Ибо из противоположного конца коридора доносилось буханье тяжелых ботинок по бетону. Погоня близко. И если я ничего не предприму, Касси и Захарова однозначно догонят…
Решетчатая дверь, замок с которой я сбил выстрелом из автомата, открывалась наружу, перегораживая две трети узкого коридора. Я оставил ее открытой, зашел в камеру, улегся на солому, на которой до этого лежал Захаров, отвернулся лицом к стене и принялся считать в уме от нечего делать. Хорошее занятие. Отвлекает, помогает расслабиться и не думать о всякой ерунде.
Я не успел досчитать и до ста, как буханье берцев раздалось совсем рядом. Следом раздались голоса:
– Это чё за нах? Кто камеру открыл?
– Ты меня спрашиваешь? Вон подопытный валяется, его и тряси. Может видел чего.
Шаги совсем рядом…
– Эй, урод!
Пинок пониже спины. Следом тычок чем‑то жестким в плечо – похоже, стволом.
– Повернись, мля, когда с тобой разговаривают!
Ладно. Хочет, чтобы я повернулся? Да пожалуйста. Только, боюсь, ему это не понравится."
"Я резко катнулся веретеном, схватился за ствол, нависший надо мной, после чего ударил с двух ног. «На контур». То есть, куда попаду. Когда ты крепко держишься за оружие противника, неважно, куда прилетит ему удар с ноги. Тем более – неожиданный. Эффект всяко будет одинаковым. Если, конечно, ты сможешь хорошо ударить.
Я очень постарался, от души. Потому что не люблю, когда меня пинают. Невежливо это. А хамов нужно учить.
Боец был плечистым, мощным, в тесной камере едва поместился. И, понятное дело, своим телом загородил товарищам обзор. Поэтому когда амбал вдруг ни с того ни с сего отлетел назад, прямо на своих дружков, те среагировали предсказуемо. То есть, неправильно. Не ожидали они такого поворота, и потому вместо того, чтобы рассредоточиться вдоль противоположной стены, стояли толпой, выглядывая из‑за плеча здоровяка и пытаясь рассмотреть, что происходит в камере.
Поэтому после моего удара возле входа в камеру образовалась куча из человеческих тел, многоголосо орущая преимущественно матом.
– Ты чо, Шатун, охренел, мля?! На ногах не держишься нах?!
Ну и далее в этом роде.
Надо отдать должное Шатуну – получив двойной пинок «в душу» и лишившись основного ствола, он не растерялся. Вместо того, чтобы броситься вперед, дабы отнять оружие и восстановить справедливость, он рванул из поясной кобуры массивный пистолет…
И даже почти успел навести его на меня.
