В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
Конечно, сейчас, она просто обуза, но я точно знал, что не брошу ни Оллу, ни ее.
Мари не брошу потому, что без меня она, скорее всего, пропадет. Ну, или в лучшем случае, пойдет в проститутки. А она – единственное, что связывает меня с прошлой жизнью и с прошлой личностью. Для меня это важно.
А Оллу не брошу просто потому что…
Черт, этот ублюдок и убийца, чье тело я занял, не вызывал ни жалости, ни симпатии. Сдох – туда и дорога. Я больше не буду себя грызть за то, что заменил его. Но то ли где-то в глубине его души все же была любовь к матери, то ли еще что-то сработало…
В общем, на данный момент, у меня есть семья.
Я еще посидел на улице, вздыхая и сожалея, что нет сигареты – очень бы сейчас пригодилась. Поганая привычка, кто спорит, но есть в ней свои плюсы.
Я понимал, что наш разговор не окончен. Надо будет выбрать выражения помягче, чтобы донести до Мари остальные факты. В конце концов, я задолбался гонять в голове этот порожняк – придет время – она и так все узнает.
Гораздо умнее будет сейчас пойти и нормально выспаться. Вода в море вчера была на удивление теплой, но вот когда меня выдернули в лодку… Думал, до берега околею окончательно. Просто чудо, что не слег с простудой. Так что – да, самое правильное сейчас – лечь поспать.
Спал я беспокойно и тяжело, даже не слышал, как пришла Олла и хлопотала в проходной комнате по хозяйству. Проснулся только тогда, когда Мари нечаянно уронила какой-то медный котелок и вскрикнула от неожиданности.
Ужинали спокойно, Олла рассказывала о том, что мука опять подорожала и еще какую-то ерунду. Мари напряжно улыбалась и изо всех сил старалась поддерживать беседу.
Зато, когда она ушла спать, Мари меня сильно удивила. Негромко, на русском, она спросила:
-- Может, теперь ты расскажешь все остальное?
Я пытался прикинуться непонимашкой, но это не прокатило.
-- Оскар, -- она заговорила даже с каким-то раздражением.
"Я досадливо вздохнул, а потом мысленно махнул рукой. В конце концов, хоть она и выглядит как хрупкая юная тростинка, но по сути, это взрослая тетка возрастом под полтинник.
