Автор
Мирослава просыпается от резкой тревожной мысли: "Они не звонят, они сами придут". Встреча с незваными гостями на воскресенье выходит из-под контроля. Оставшаяся в постели Мирослава чувствует, как её сердце набухает от тревоги и беспомощности, когда светлые глаза сына сверкают испугом....
Голову поднял — Славка стоит в окне второго этажа и смотрит на меня. Не имеет права, понимаю пьяно я. Не имеет права пачкать меня своим лживым взглядом."
"Жму на газ, сигналю, вынуждаю открыть ворота. Один из охранников подбегает наклоняется к окну.
— Давид Русланович, вам нельзя…
— Я тебя пристрелю, — спокойно обещаю я и достаю пистолет.
Ворота открываются. Дом далеко не в центре, кругом глухие заборы, пришлось порядком попетлять, пока нашёл ближайший кабак. Паршивый, стоит признать. Но там есть бухло. И бляди, наверняка, тоже есть.
— Виски, — объявляю я, вспоминаю свое тёплое пойло, что в машине пил и уточняю, — со льдом…
Я как раз допиваю второй бокал, когда приезжает Шерхан. Его люди рассредотачиваются по и так пустому залу, Шерхан тащит меня на улицу. За здание, там пустырь.
— Я, блядь, тащил трупы через пол страны, помог тебе сдохнуть, чтобы ты провалил все дело, набухиваясь по барам?
— Нахуй пошёл!
Он не имел права мне диктовать. Вытаскивать из бара вот так… Пусть сидит в своей крепости и наслаждается семейным счастьем.
— Мне на тебя похер, — говорит он. — Но под тебя большие люди роют.
Вспоминаю Белоснежку. Волосы светлые снова отросли, улыбается так, словно все знает. Маленькую принцессу Иман. Толстощекого Ибрагима.
— Прости, — честно говорю я, а потом меня как прорывает. — Она не имела права так лгать. Хотела, чтобы я спас её сына? Да я и так сделаю все, что могу! Но спекулировать тем, что он мой ребёнок? Я, сука, бесплоден!
— Сделаешь экспертизу, — устало говорит лежащий рядом на земле Шерхан.
— Мальчик далеко… А я хочу знать немедленно. Я хочу доказать ей, что она лжет.
Шерхан встаёт и мне помогает встать. Едем куда-то. По дороге я снова пью. Прибываем в закрытое медицинское учреждение, мне выдают одноразовую шапочку и медицинскую маску с халатом. А потом — стаканчик с завинчивающейся крышкой.
— Какого хера? — удивляюсь я.
— Иди уже, дрочи, — отмахивается Шерхан. — Не промажь только.
Он идёт к автомату с кофе, а меня ведут в отдельный кабинет.
