Автор
В глухой улице орала мужчина, вызывая насилие даже в тихом спокойствии осенних сумерек. Метрах в двухстах от них лежали два истекающих кровью тела — жертвы его последней язвы. В этом мраке и грохоте бешенства он чувствовал себя почти неподвластным, но не более того.
Давай еще по одной.
- Поехали, - согласился Долгушин.
Домой Хан пришел во втором часу ночи. Еще с улицы он увидел, что в спальне и в гостиной горит свет. Оксана не спит, ждет его. Зачем? Почему она не легла? Ждет для решающего разговора? Собирается объявить ему, что уходит? Вот оно как. Значит, сегодня. Дождался.
Жена вышла в прихожую, едва он открыл дверь.
- Ты выпил?
В голосе ее Хан не уловил ни упрека, ни неудовольствия. Она задала вопрос таким же тоном, каким спросила бы: «Есть будешь?»
- Да, выпил. Сегодня день рождения Андрюхи.
- Да, конечно, - Оксана виновато улыбнулась. - Прости, я забыла. Раздевайся, что ж ты в куртке стоишь.
Хан послушно разделся, снял ботинки, прошел в комнату и сразу увидел включенный ноутбук. До его прихода она сидела за компьютером и снова писала письмо Аркадию. О чем? Наверное, Оксана волнуется перед решающим разговором, не знает, как сказать мужу о своем уходе, пытается собраться с силами, а Аркадий ее подбадривает, подсказывает нужные слова и все такое. Господи, как тяжело! Наверное, то же самое чувствуют осужденные перед казнью.
- Хан, - Оксана подошла сзади и легко тронула мужа за плечо, - присядь, мне нужно с тобой поговорить.
Ну вот. Вот и все. Сейчас она скажет то, чего он так боялся все эти месяцы, и потом… Даже думать не хочется о том, что будет потом.
- Не возражаешь, если я постою? - каким-то деревянным голосом спросил Хан. - Насиделся за день. Да и в машине…
- Ты приехал на такси?
- Нет, на своей. А что?
- Тогда я скажу тебе две вещи, хотя сначала собиралась сказать всего одну.
Она села на диван, выпрямила спину и положила руки на колени, как примерная ученица.
- Я прошу тебя, Хан, не садиться за руль, когда ты в таком состоянии. Ты выглядишь совершенно трезвым, у тебя ясный взгляд и нормальная речь, но я знаю тебя много лет и вижу, что выпил ты много. Я прошу тебя. Пожалуйста. Дай мне слово.
- Даю, - машинально ответил Хан. Сейчас он мог бы дать Оксане любое слово, пообещать все, что угодно, ведь выполнять все равно не придется, если они больше не будут жить вместе.
- Нет, вторая. Но первая из нее плавно вытекает.
- Что-то я не понял…
- Хан, я люблю тебя. И я не хочу тебя потерять. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Я прекрасно вижу, в каком состоянии ты пребываешь последнее время, и понимаю, что это из-за Аркадия. Так вот, я хочу тебе сказать, что никогда не совершаю дважды одни и те же ошибки. Однажды я уже уходила от тебя.
