Автор
Возле величественного замка мерцает лунный свет, создавая мистическую атмосферу. Его величество Кэйворрейн спит как орешек после долгой борьбы за власть, в то время как избранная королева устала до мурашек и просто погружается во сне. Но дивные леди Неблагого Двора не находят покоя — некоторые плакутся над подушкой, другие же мучатся от беспокойства и тревоги.
– Такую позу люди как раз и называют «лечь валетом», для занятия сексом определенного рода… Проблема в том, что эти две фигуры на карте – одного пола. Снизу король – и сверху король, снизу валет – и сверху он же. То есть выходит, что фигура-то одна…
Кэйр капризно искривил рот.
– Элла, нет! Ты не видишь символики! Это единение! В этой позе мы с тобой становимся единым целым, происходит слияние. Мы вдвоем – не просто король и королева, мы единый символ Неблагого Двора…
Но я уже его не слушала.
Слияние.
Но ведь неправда. Для слияния нужна совсем другая поза!
– Символ, Кэйр, появится, если слить ДВЕ карты – короля и даму. Или даму и валета! Вот тогда это будет слияние и символ!
Я забралась на него полностью, оседлала и чуть приподнялась.
– Например, так.
Лицо короля стало… странным. Глаза широко раскрылись, губы сжались в прямую, узкую линию. Словно он что-то вспомнил – или понял – и эта мысль ему совершенно не понравилась.
Он вдруг резко перевернул меня, распластался сверху, удерживая тяжесть своего тела на локтях.
– Или так? – спросил со странной интонацией.
– Или так, – согласилась я.
– Все же король, как мужчина, должен быть сверху дамы.
– Ничего не имею против.
– К тому же я – твой господин.
После этой фразы я определила эмоцию, звучавшую в его голосе. Сомнение.
– Господин, – подтвердила, больше не улыбаясь.
Оберон прав. Но… решать не мне. Кэйр должен решить сам.
– А ты – моя пряха, – сказал он.
– Конечно.
Мы смотрели друг на друга очень серьезно. Будто были полностью одеты, сидели за столом и обсуждали какой-то крайне важный вопрос.
Вот только это было не так.
Мы в постели.
Мы обнажены.
Мы плотно прижаты друг к другу.
Но вопрос… вопрос действительно важен.
– Моя пряха… – повторил Кэйр, и его глаза потемнели. – Посвятившая себя служению мне."
"И в моей памяти четко, ярко вспыхнули его слова при первой нашей встрече наяву. Он сидел на троне, а я стояла на коленях у его ног, испытывая сладкий трепет и бешеное раздражение.
«Я, Кэйворрейн Сумрачный Плетущий, властью, данной богами, Король Неблагого Двора, выбрал себе новую пряху. Перед высшими силами и перед своими подданными я вручаю этой смертной свой дар и прошу немногого… моя прекрасная Элла, будешь ли ты со мной семь лет? Разделишь ли дни и ночи, закаты и рассветы, о златокосая смертная?»
Все изменилось. Все изменилось так, как я и в самом невероятном сне не могла себе представить.
Я больше не смертная. А король Неблагого Двора выбрал меня своей королевой.
