Чудесно, не так ли? А знаешь, что еще более чудесно? Ты меня выгнать тоже не сможешь, — с улыбкой закончила я.
Пока Мелисса и ее подружки смешно открывали и закрывали рты, потеряв дар речи, я обошла их и уже собиралась уйти, когда неожиданно остановилась.
Это было не все. Имелось еще кое-что, что я очень хотела ей сказать. Обернувшись, я вновь посмотрела на девушку.
— Я не поздравила тебя с помолвкой. Прости, не было времени, да и желания тоже. Ты вновь добилась своего, Мелисса. Молодец, я всегда знала, что ты своего не упустишь.
— Ты просто завидуешь! — выдала Дафна.
— Осталась одна и завидуешь! — закивала Сесиль, нервно кусая губы.
— Филипп мой! — задрала нос Мелисса, вновь обретя уверенность. Только зря. — Мы скоро поженимся и тебе этому не помешать! Он никогда не женится на тебе, Николетта! Никогда! Без денег ты никто!
— Ты права, — не стала отрицать я, шагнув к ней и тихо, но четко проговорила: — Без денег он на мне не женится. А вот на тебе да. Из-за денег. Филипп твой, Мелисса. Радуйся, если сможешь. Но любит он все равно меня. И любить тоже будет только меня. Стоя у алтаря и глядя тебе в глаза, произнося клятву Пресветлой и целуя тебя, Филипп будет думать обо мне, представлять меня на твоем месте. Помни и живи с этим.
Но Мелисса сама начала этот разговор.
Я по глазам видела, что она прекрасно все понимает.
— Ненавижу, — прошипела Мелисса, дернувшись, словно хотела ударить, но внезапно застыла и вздрогнула всем телом, — как же сильно я тебя ненавижу.
Не дожидаясь ответа, я продолжила путь, ведь предстояло еще в толпе отыскать демона.
И мне снова не повезло. Не прошло и пары минут, как я, блуждая между гостей, наткнулась на дорогого родственничка, как назвала его аймитэ Фурдайн.
— Николетта, — хватая меня за локоть, процедил Форман, — вы что здесь делаете?
«У них вопросов других нет, что ли? Заладили одно и то же!»
— А я разве обязана перед вами отчитываться? — поинтересовалась я, безуспешно пытаясь вырваться из захвата, и невольно поморщилась.
Слишком много туалетной воды. Очень много. Слишком густой запах, даже удушающий. Скорее всего некромант пытался забить запах мертвечины, но у него ничего не вышло. Могильный холод так просто не вывести. Вот и сейчас сквозь резкий и навязчивый аромат цветов пробивалась неприятная вонь.
— Своим появлением вы поставили меня в неловкое положение! — продолжал напирать Форман, заставляя пятиться и отступать к одному из огромных окон.
