Вот и конец для меня, но еще не унываю: стою за гробом, каким-то неумолимым символом утраты, и плачу в полный голос — то ли из горя, то ли от того, что эта черная смерть так непривычно затопила моё сердце. Голос похоронщика остается сухим, но каждый последующий час приближает меня к темной тишине гроба....
К вечеру глаза стали словно у коренного азиата, нос своей формой и цветом напоминал сливу, да и состояние, будто я оказалась переехана асфальтоукладчиком. Эх, вот такие вот мы, девочки, сами себе придумаем сказку, сами в нее поверим, а потом очень больно приземляться с небес на землю. Шиловский ведь не обещал мне, что перестанет быть бабником. Он просто захотел жениться. Не знаю, зачем это ему, может, женщины достали своими приставаниями и просьбами, а тут, вроде, и повод имеется, чтоб потом за спиной не шушукались и не обсуждали, что он поматросил и бросил.
Голова пухла от мыслей. Сообщения в мессенджер от будущего папаши приходили, но я не читала их, волевым усилием запретив себе даже прикасаться к телефону. Нет, надо упорядочить все в голове и подумать, готова я к такой жизни или нет. Не хочу изводиться от ревности, постоянно размышляя, с кем он, где он, выискивая на его рубашках волосы и в карманах всякие доказательства измен.
Звонок в дверь застал меня врасплох. Кто бы это мог быть, если на часах уже девять вечера? Шиловский точно еще в Москве, а больше ко мне и некому особо прийти. Но дверной глазок показал, что это не так, отразив физиономию Гриши Плотникова.
- Привет! – смущенно сказал он, переминаясь с ноги на ногу. – Я тут это… В общем, вот! – и мне был сунут в руки букет из разноцветных хризантем.
- Ну проходи, - посторонилась я, а затем и вовсе отступила, так как габариты Григория не позволяли ему протиснуться, даже втянув живот.
Он засопел, стаскивая ботинки, и затем выпрямился, приглаживая руками взлохмаченные волосы. Странное у него состояние какое-то! Алкоголем вроде не пахнет, а ведет себя не как обычно. Что такое?
- Я тут еще и к чаю принес! – беря рюкзак с пола и вытаскивая из него рулет с маком и печенье, протянул он мне. – И шоколадка вот для малышки!
- Гринь, ты меня пугаешь! – пошутила я, принимая дары из его рук.
- Слушай, тут вот еще банка варенья тебе, это мама отправила, - выудил очередной сюрприз на свет мой коллега. – Тебе надо питаться сейчас хорошо и правильно.
- Тогда надо было мне лося принести, это белковая пища, как раз самая правильная, - засмеялась я. – Где мой лось, Гриша?
- Я сам как лось! – буркнул он смущенно.
