Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Запах цветущего кедра» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но каким образом это сделать, придумать так и не смог, не хватало знаний по электротехнике. Зажигание электронное, всё упаковано в резину, и откуда взять нужные двенадцать вольт — одному Бурнашову известно.
В землянку он пробирался осторожно, чтобы не разбудить амазонку. Не зажигая света, на ощупь достал из рюкзака одежду и сначала переоделся в сухое. Потом затопил печку и в отсветах огня увидел, что она не спит — сидит на постели, кутаясь в одеяло.
— Лодку я нашёл, — сообщил Рассохин, зажигая свечу. — Но остров не успел — стемнело. Завтра рассветёт — поедем вместе.
— Они погибли, — уверенно проронила амазонка. — Я сон видела... И слышала крик.
— Это я кричал.
— А сон?
— Сон — не доказательство! — обрезал Стас. — Сейчас будем есть. И спать.
Она будто не услышала.
— Сёстры падали с деревьев, — забормотала она, вздымая волну унявшегося было озноба. — Их уносило течением. Некоторые прыгали сами. И бросали детей. Они же зомби!
— Прекрати! — прорычал он.
И увидел, как её передёрнуло от испуга. Взгляд стал осмысленным и покорным. Рассохин пощупал её лоб — температуры вроде не было, хотя кожа влажная."
"— Тебя как зовут? — примирительно спросил он, развешивая возле печи мокрую одежду.
— Анжела.
— Второго имени не дали?
— Это теперь неважно.
— Как себя чувствуешь, Анжела?
— Сильно пропотела, — призналась она. — Одеяло мокрое.
— Пропотела — это хорошо. Может, насморком обойдётся. А одеяло переверни другой стороной.
— Не боюсь простуды, — голос шелестел, как сухая трава. — Купаюсь круглый год... Иначе бы не доплыла...
— Сёстры твои тоже моржуют?
— Ещё по снегу босыми ходят.
— Значит, до утра выдержат, — вслух подумал Рассохин. — Сколько там детей?
И лучше бы не спрашивал — она опять впала в отрешённое состояние полусна.
— Четверо — девочки... Женщин всего было тридцать пять. Теперь я одна... Где Лариса? Она не прилетела? Если не прилетит, мы погибнем!
Стас встряхнул её за плечи.
— Не смей вспоминать! Все живы, завтра снимем твоих амазонок. Водки хочешь?
Анжела отпрянула.
— Я не пью спиртного! Есть очень хочу.
Он не стал напоминать про текилу и Мерлина, о которых говорила в бреду и которые явно были принадлежностью её другой жизни.
— А я выпью. Тебе сейчас молоко подогрею. И тут ещё есть какая-то пища, вроде орехи с мёдом. И с маслом. Не пробовал, не знаю...
Она как-то сразу оживилась, и Рассохин вручил ей банку из запасов Матёрой, дал ложку.
— Это пища огнепальных, — объяснила она со знанием дела. — Лущёный орех заливается жидким вересковым мёдом. А если кедровым маслом — пища богов. Мы сами готовили.
— Ешь — и спать, — грубовато оборвал он.
Сам выпил водки прямо из фляжки и открыл банку разогретой на печке тушёнки. Анжела посмотрела на это с ужасом, хотела возмутиться, однако в последний миг опомнилась.
