Женя Семёнова, похищенная кержаками и убитая на реке Карагач, получает второй шанс на жизнь. Пройдя границу между миром живых и мёртвых, она возвращается к своим похитителям — суровым сибирским молчунам. Теперь ей предстоит найти своё место в этом жестоком мире и встретиться с убийцей.
— Я на месте. Ты где?
— Да я тоже на месте! — спохватился он. — Возле детской площадки. Иди ко мне!
Актриса по-шпионски выскользнула на улицу, изображая барышню на прогулке, и так же незаметно забралась в машину. Пышная грудь была снова расплющена корсетом, бледное от грима лицо создавало впечатление болезненности.
— Деньги на счёт перевёл? — вместо приветствия спросила она деловитым тоном рэкетирши.
Вчерашнее желание отомстить за унижение и «развод на бабки» вскипело почти мгновенно.
— Добрый день, — вежливо ответил Вячеслав. — Ты прекрасно выглядишь, дорогая. Повторить вопрос она не решилась или посчитала его слова утвердительным ответом, поэтому сразу начала инструктаж.
— Ты — мой телохранитель. Только сделай тупое равнодушное лицо.
Вячеслав сделал, но ей не понравилось. Она сама сняла с него галстук и насадила на его безымянный палец крупную золотую печатку."
"— Ты и так похож на отморозка, — оценила и по-режиссёрски задала она вводную для воображаемой игры. — Бывший бандит, даже киллер. На тебе трупы висят...
И вдруг слегка даже отпрянула, потом отодвинулась, словно пытаясь взглянуть на Колюжного с большего расстояния.
— Это у тебя... откуда? — и указала на фото у лобового стекла.
— Нравится? — ухмыльнулся он. — И зовут здорово — Евдокия.
— Матёрая! У неё кличка — Матёрая!
— Что же в ней матёрого? Милая экстремалка, такой тип женщин мне очень нравится.
— Это же идейная вдохновительница сорокинской секты!
Вячеслав вспомнил оценку матери, но не удержался от соблазна подразнить самолюбие звезды.
— Я бы к такой в секту пошёл...
Неволина хотела обидеться сразу и навсегда или хотя бы уличить в невоспитанности, но вспомнила, что их связывает общее дело.
— Ненавижу пошлый юмор, — заявила она. — И в будущем не потерплю!
То есть кинодива ожидала долгих и тесных отношений, полагая, что Вячеслав теперь уже просто так не вырвется из поля её влияния.
— Я — отморозок, вошёл в роль.
— Свою задачу понял? Говорить буду я, ты только слушай и отслеживай реакцию. Потом расскажешь.
— Ствол дашь? — спросил Колюжный. — Для убедительности.
— Ствол? Обойдёшься!
— Боишься его?
Она не ожидала грубоватого и откровенного тона, однако призналась честно.
— Конечно, боюсь. Я — женщина.
— Маскарад снимай. Давай корсет расстегну, мне понравилось. И убери это всё с лица.
Неволина взглянула точно так же, как в роли жены старого князя, когда тот застукал её со своим сыном.
— Зачем? Без грима он узнает!
— Не узнает, стирай краску.
