Записки провинциальных сыщиков — читать онлайн бесплатно полностью

Врачи лечили от другой болезни, и если бы не помощь Целиновой, я бы погиб. Обращаюсь к вам с просьбой, выяснить, что вокруг меня творится и указать, как мне поступить в дальнейшем».

Само по себе гадание на картах, конечно, не может служить уликой, но открыто возводимое обвинение на кого-либо, хотя бы и по такому поводу, все же должно быть расследовано. Долгий рассказ взволновал и утомил больного, и я не рискнул продолжать беседу. Обещав приступить, не откладывая, к негласному расследованию, я поставил условие, чтобы знающие о гадании Целиновой, и она сама прекратили пока всякие разговоры по этому поводу. И не из боязни ответственности за клевету, а потому что разговоры могут повредить дознанию, подозреваемые лица могут скрыть улики, сговориться и прочее. Распрощались до завтрашней встречи.

В следующей комнате поджидал молодой человек, который привез меня, и с улыбкой сказал:

– Болезнь дяди не дает многим покоя. Вот один странный субъект был здесь несколько раз с предложением в два приема вылечить дядю. Мы его, конечно, не допускали. Он пытался чуть ли не силой войти в дом. Теперь он шлет нам курьезные письма, называет себя травником-исцелителем, настоятельно рекомендует свои высокие познания, жалуется на лакея, не допускающего его к семье болящего. В письмах он поносит Целинову, которая, по его словам, подкупила прислугу, морочит нас, погубит больного, и если он выживет, то останется калекой-мучеником. Я велел пригрозить этому человеку полицией и гнать его в шею.

Племянника Кондырева просил быть у меня завтра утром. Разбираясь в рассказе Кондырева, я, конечно, не поверил гаданию Целиновой, но допустил, что она могла под предлогом гадания рассказать о преступлении, о котором узнала от кого-либо. Поэтому я нашел необходимым прежде всего отправиться к популярному врачу Маргулису, лечащему Кондырева. Предупредив доктора, что наша беседа не должна быть оглашена, я спросил, какую болезнь перенес Кондырев и все ли врачи и профессор, лечивший его, одинаково определили эту болезнь.

– На этот вопрос, – сказал доктор, – отвечу несколько пространно: Кондырев в течение многих лет предавался излишествам и много ел и пил, и как большой чревоугодник измышлял всякие блюда, острые и неудобоваримые, не считаясь со своим возрастом. Его могучий организм переносил, попросту выражаясь, беспрерывные насилия над желудком, и, наконец, произошло то, что в общежитии именуется последствием длительного самоотравления. Если находите нужным, то напишу вам, как эта болезнь именуется в медицине. Болезнь тяжелая, но у Кондырева – здоровое сердце, почему смертельной опасности не было. В его большой семье возникли опасения, так как он никогда не хворал. Родные, друзья пошумели.