В Нью-Йорке летит пассажир из Москвы: дождь и промозолившие лицо люди — так кажется Нестеренко, когда он садится в лимузин. Но стою ли ты на пороге чужой страны или родной — всегда есть что у隐瞒原著作者和书名。《封印者》讲述了一位莫斯科商人意外登上前往纽约的飞机后，所经历的惊心动魄的故事。暴雨、冷峻的人群，以及他内心深处对家的渴望交织在一起，形成了一幅动人心弦的画面。...
торчит! Ты его припрятал бы куда подальше, – посоветовал напоследок Серов и, распахнув дверь, вышел за порог.
* * *Резван вел себя в присутствии Ефимовича как хозяин. Он вольготно распластался в кожаном кресле и без конца стряхивал пепел на дорогой ковер. Станислав Казимирович с улыбкой наблюдал за наигранными чудачествами Резвана, про себя отмечая, что какой-нибудь год назад тот с трепетом перешагивал дом казначея и взирал на предложенную ему чашку кофе как на пожалованную золотую цепь. Времена изменились, и в худшую сторону.
– Ты мне так и не ответил на один маленький вопрос: так где же мои деньги, уважаемый? – Резван в который раз сбросил сигаретный пепел на ковер.
Ефимович оставался невозмутим. Если чему и учит старость, так это спокойствию."
"– Может, они тебе и не говорили, но у меня с ними было заключено определенное соглашение.
– Какое же, позволь узнать.
Ефимович сделал значительную паузу, как бы давая понять, а стоит ли отвечать вообще, а потом нехотя произнес:
– Они согласились подождать.
Резван глубоко затянулся, подержал с полминуты дым в легких, а потом выпустил изо рта тугую струю, которая прошла вблизи от лица старого вора.
– Они очень великодушные люди, я это знаю. Возможно, они и согласны подождать, но у меня на это просто нет времени. – Он опять поднес сигарету к губам.
– А ты можешь уважить мою личную просьбу: потерпи хотя бы неделю. В данный момент деньги невозможно изъять из дела. Они крутятся! Если я все-таки пойду на это, то в таком случае под угрозой окажутся десятки важных договоренностей, – попытался разрядить обстановку казначей.
Резван оставался непреклонен:
– Это не деловой разговор, а пустой базар! Ты ведь дал свое слово, а за него, как известно, нужно отвечать. И потом, я совсем не обязан решать твои проблемы за счет собственных хрустов. Я хочу получить деньги не по частям, а целиком, в ближайшие сорок восемь часов! Я все сказал. – Резван поднялся и загасил окурок о полированную поверхность стола.
