Автор
В свете ламп и зажженных свечей, Юля сияет центре комнаты — платье белое, глаза яркие, как будто приглашает к танцу. Мир вокруг погружается в молчание, а ты стоишь у входа, дрожа от ожидания. Это Запрещенные слова, где каждый шаг должен быть обдуманным, каждая фраза — нежданно-негаданной....
— «Потому что может быть, мне просто надоело оплачивать аренду твоей квартиры, думать о содержимом твоего жутко правильного и вегетарианского холодильника и следить за тем, чтобы мои племянники ходили в хорошие платные кружки и не носили одежду из сэконда?» — Моя ассистентка может хоть сейчас записать Ксю на пробы.
— Ну если ты у нас такая важная, то может просто сделаешь так, чтобы ее взяли без проб? — фонтанирует сарказмом сестра.
Дурацкая была затея.
Как обычно.
— Ладно, Лиль, проехали. Извини, у меня много работы.
— Да да, твой типичный ответ, когда дело доходит до того, что ты действительно могла бы сделать для своей семьи.
Я нажимаю в красный «кружок» завершения разговора.
Перевожу дыхание.
Напоминаю себе, что я делаю все это не для Лили, а потому что правда люблю своих племянников, и стараюсь быть им хорошей тетей.
Выжидаю еще пять минут, надеясь, что как раз сегодня случится чудо и моя оторванная от реальности сестра, наконец, одумается. Но чуда не случается, поэтому я набираю номер Наташки.
— Слушай, тут кастинг будет, нужна девочка лет пяти. Как ты насчет попробовать Катю? На общих условиях, само собой, тут ничего не могу гарантировать, но могу записать на пробы хоть сейчас.
— Май, блин, да я конечно! Реально, правда реклама?!
— Да, жутко дорогого семейного электрокара. — Я выдыхаю, расслабляюсь.
Наташа за любую движуху, и я знаю, как тяжело ей достается каждая копейка, при том, что с отца своей дочери не получает ни гроша, потому что даже на алименты не подавала.
— Я тогда записываю, и скину тебе время и место. Ну и что там еще надо будет.
— Май, ты чудо! Блин, Катюха будет до потолка прыгать!
Я прошу Амину отправить все контакты мне на личную почту, а потом сама сбрасываю их Наташе.
Пашу до самого вечера как проклятая, разбирая ту гору работы, которую приходится делать в перерывах между постоянно что-то накидывающим Резником.
— Майя, ты забрала лекарства для отца?
У моего папы — диабет второй степени. Я знала, что это тяжелая и не очень приятная для организма болезнь, но понятия не имела, что подобрать правильный инсулин настолько сложно.
