Автор
В душном кабинете хирурга я становлюсь свидетелем невероятного разговора между врачами. "Смирится с инвалидностью?" — вопль отчаяния: все внутри горит злостью и болью. Почему именно со мной такое?! Крики захочется сломить всё это несправедливое зло.
Сомнения рассеялись… но в то же время вновь подкрадывается стыд, что я в нем усомнилась, подумала, что он способен на такую низость.
– Как ваш друг? – спокойный голос, но мне кажется, Миша прячет истинные эмоции.
– К нему не пускают, – отвечает Жанка. – Все, что удалось нам узнать, Кортнева обследуют, и он в сознании.
Я мысленно умоляю ее не озвучивать свои подозрения.
Тигр оценил обстановку вокруг."
"– Он случайно не сын заместителя министра?.. – догадывается Миша, Жанка ему поддакивает, а я смотрю на входные двери, в которых появляется Тигиев-старший…
* * *Миша
Маша меня убила своими подозрениями.
В пацане я не видел соперника, но сейчас напрягся. Девушки часто принимают жалость за любовь. Не хватало только, чтобы Лютый сыграл на руку этому молокососу. В том, что за этим стоят отморозки Машкиного отца, даже не сомневался.
Пуговка была расстроена, я поспешил к ней. Хочу убедиться, что с мальчишкой все нормально, и заберу ее к себе. Романтический вечер, который я готовил, придется перенести, но мы может посидеть вдвоем, пообщаться.
Машка с подругой стоят у стойки регистрации. Услышав фамилию парня, делаю предположение и попадаю в цель. Вспоминаю разговор с Егором, сердце обжигает злость. Лютый как раз ищет жениха для своей дочери, чтобы богатый, и чтобы из правительства. Хочет отбелиться.
Этот щенок может стать опасным…
Неужели Лютый избил Кортнева, не выяснив, кто он такой? Вряд ли. Подозрения с Машкиного отца придется снять. Тогда кто? Становится интересно, что за всем этим стоит? Я обязательно постараюсь выяснить.
Увидев в больнице отца, не удивился. С Кортневым они знакомы давно.
– Ты тут что делаешь? – подав руку, спросил отец.
– Тоже хотел узнать, как чувствует себя Кортнев-младший.
– Ты его откуда знаешь? – удивился отец.
– Долго рассказывать.
– А эта мадам с тобой? – кивнул он на Машу. Генеральный прокурор знал все окружение сына, а Лютаевы были на особом контроле. Родитель вообще был против нашего общения с Егором. Сыновья заклятых врагов не могут дружить. Отец ждал подставы. Опасался, что сын криминального авторитета втянет меня во что-то темное или предоставит повод Лютаеву отомстить генералу через сына. То, что много лет все было тихо, родителя не успокаивало.
– Со мной. Ее зовут Маша.
