— У тебя что, плохое зрение?
— Да, — отвечает он.
— Но… мне казалось всегда, что оно у тебя стопроцентное, — вырывается у меня.
— Оно не так давно испортилось.
Гордей поднимается с постели и отходит к окну.
На нем надеты только джинсы с низкой посадкой. Я любуюсь его красивой, рельефной спиной. Каждая мышца под гладкой загорелой кожей так четко обозначена, и напрягается при любом его движении.
У него есть несколько шрамов, но они еле заметные и не мешают работе. Но мне все равно интересно их происхождение.
— Откуда у тебя шрамы? — интересуюсь я.
— Я закурю? — спрашивает Гордей, вместо ответа.
Лицо его отчего-то мрачнеет.
— Да, пожалуйста. Хотя я думала, ты решил бросить.
Он закуривает, а я снова любуюсь им.
— Ты очень красивый, — признаюсь я, хотя не уверена, что с парнями стоит говорить так открыто. — Нравится в тебе абсолютно все.
Слышала, что не стоит обнажать свои чувства слишком явно, но как же промолчать? Мне хочется кричать о своей любви к нему, я просто не в состоянии скрывать.
Гордей поворачивает голову и смотрит на меня.
— Ты тоже очень красивая, Бельчонок.
Его тон спокойный и ровный. В словах не улавливается того жаркого пыла, что отчетливо проступает в моих, но я безумно рада и этому.
— Спасибо, — улыбаюсь я.
Соскакиваю с кровати и иду по направлению к нему.
На мне надеты лишь трусики и майка и я немного стесняюсь под его взглядом, но все равно стараюсь не сбиться с шага.
В конце концов, если бы я выглядела плохо, меня бы не взяли работать моделью. И все говорят, что я красивая. Самое главное, так считает он.
Я подхожу и обнимаю его со спины. Целую в шею. А потом тянусь к его сигарете.
— Дай и мне попробовать, — прошу я, но Гордей отстраняет руку и мои пальцы ловят воздух.
— Почему нет? — делано возмущаюсь я.
— Тебе ни к чему.
— Почему?
— Хотя бы потому что это не айс для здоровья. Такой ответ тебя устроит?
— Что бы ты сделал, если бы увидел меня с сигаретой в руках? Или со спиртным? — спрашиваю я, и усаживаюсь перед ним на подоконник.
Мне ужасно приятно его дразнить. Так тепло на душе от того, что его волнует мое здоровье.
Он тушит сигарету, и я замираю в предвкушении. Потому что его руки освободятся. Возможно, ему захочется меня обнять.
Когда так и происходит, его ладони скользят мне на бедра, я счастливо смеюсь.
— Мне нравится твоя скромность, — говорит он. — Мне бы не хотелось, чтобы ты курила или пила. Думаю, я подошел бы и вырвал из твоих рук бокал. Но…
Тут он подается ко мне и наши лица слегка соприкасаются.
— Но прикол в том, Бельчонок, что даже тогда, я уверен, ты мне не разонравишься.
Гордей отстраняется и в этот же момент раздается стук в дверь. Он отворачивается от меня, и идет открывать.
Как ни в чем не бывало.