Автор
Грезы о позади, где радугу заменяет серость прошлого — такова атмосфера в этом романе "Запретная. Не остановить". Сцены съемок и веселье среди девчонок переплетаются с таинственными воспоминаниями, создавая нереальный дуализм — будто время застывало, но всегда готовое к движению....
Хватаю что-то из своей одежды и, прикрываясь, на слабых, все еще подрагивающих, не до конца окрепших после близости ногах, пошатываясь, но с каждым шагом все смелея и смелея, закусив губу, решительно иду по направлению к ванной комнате.
Глава 15 Нет, пожалуйста, только не это…
Гордей, о боже, Гордей…
АринаГордей стоит под душем, запрокинув голову и подставив лицо под бьющие с потолка струи. Я замираю на несколько секунд и просто любуюсь его рельефным и невероятно красивым обнаженным телом, по которому так завораживающе и чувственно стекают сейчас прозрачные капельки воды.
Хочется ловить их губами, скользя по его коже и вбирая, слизывая их языком. Хочется снова почувствовать и ощутить на себе, в себе его жаркий, несдерживаемый огонь. Его дикую и неистовую, но в то же время нежную, порочную, воспламеняющую и обжигающую, заставляющую гореть и сгорать, безумную, меняющую все восприятие страсть.
Отдаться уверенной силе его крепких рук и снова потеряться ото всех и вся в неизведанных, но невыносимо горячих лабиринтах времени и пространства.
Мне боязно навязываться ему сейчас, а вдруг он не захочет… вдруг разочаровался… Не так сильно понравилось, как мне самой…
Но я отбрасываю сомнения и делаю несколько решительных широких шагов вперед. Подхожу, переступаю через барьер и вот уже оказываюсь в просторной душевой кабинке удушающе рядом с ним.
Гордей слегка поворачивает голову и окидывает меня ничего не выражающим взглядом, ставшим за последнее время таким привычным, но после нашей близости воспринимаемым особенно остро и болезненно.
— Две минуты прошли, — говорю я, стараясь звучать непринужденно, и вздрагиваю, когда прохладные, точнее сказать холодные, близкие к ледяным струи начинают нещадно ударять меня по лицу.
Гордей протягивает руку к кранам и регулирует температуру воды. Холод тут же сменяется приятным расслабляющим теплом.
— Спасибо, — благодарю я и опускаю руки, которые до этого держала скрещенными на груди, свободно вдоль туловища.
Гордей застывает взглядом на моей груди и смотрит, смотрит, смотрит…
Я тоже смотрю на него, просто молча смотрю и не знаю, о чем мне с ним дальше говорить.
Мне хочется, чтобы он меня обнял, но об этом я тоже не рискую его попросить. Разве что попробовать самой…
Мы и так стоим крайне близко друг от друга, но я придвигаюсь еще ближе, и уже тянусь к нему, как Гордей протягивает руку, останавливая, и перехватывает меня за волосы.
