Включаю краны, а сама присаживаюсь на стиральную машину.
Горю вся с ног до головы, и это без преувеличения. Кажется, от волнения у меня подскочила температура. Решаю, что приму сейчас две, нет, даже три таблетки снотворного.
***— Нашла его вчера в одном из баров. И у нас с ним снова был секс, — произносит Рада на вопрос Оксаны, где та пропадала почти до самого утра.
— С Горским?
— Конечно. Теперь мне интересно только с ним.
Зевает и грациозно потягивается.
Мне хочется заткнуть уши. Жаль, что уже поздно и я услышала…
Глава 23 Мне кажется, я снова попадаю в рай…
И люблю его, несмотря ни на что…
Арина— Арин, ты готова? — выдергивает из размышлений Ира, одна из главных помощниц Марты Сергеевны.
Я сижу в кресле у нашего визажиста Оли. Она работает с моим лицом и мурлычет себе под нос какую-то песню.
— Ир, еще пять минут, хорошо? — отвечает Оля вместо меня и улыбается. — Ну не прелесть ли. Макияж ложится идеально.
— Ладно, но не дольше, — ворчит Ира и поджимает губы. — И уж постарайся, Оль, и чтобы все было вот именно, что идеально. Сегодня сложная съемка. Хотя, она и пройдет в паре с Горским, а значит, можно не особо волноваться, но все равно переживаем все. Заказчики серьезные, подвести их мы никак не можем.
— Ой, как он тебе, кстати? Мне, знаешь ли, прям очень. Такой секси. Нравится, жуть.
— А кому не нравится? — вздыхает Ира. — Я, кстати, слышала, он вообще прилетать не собирался, хотя ему гонорар больше всех предлагали. И только в последний момент передумал.
— Да он на рекламе столько зарабатывает, съемки ему даром не сдались, — хмыкает Оля. — Разве что так, отдохнуть за чужой счет в приличном отеле. Хотя, о чем это я, у него же своих денег немерено. Как и девчонок. Вот повезет той, в кого он влюбится по-настоящему.
Обе вздыхают и примолкают.
— На какой рекламе он зарабатывает? — подаю я голос, как только Оля переходит с губ на скулы и у меня появляется возможность разговаривать.
— А ты разве не в курсе? — выгибает брови Ира. — У него столько подписчиков в соц. сети, что нам и не снилось. Говорят, одних налогов на триста миллионов заплатил.
— Или не заплатил, — подхватывает Оля. — У него вроде брат чуть ли не в депутатах, и отец где-то там. Неужели допустят, чтобы такие деньжищи из рук уплыли? Не, сто процентов с налогами они намутили и ничего такого не платили.
— Ну, может и не платил, со свечкой не стояла. Тогда тем более непонятно, что он здесь забыл. Разве что от безделья.
— От безделья или нет, но что фотки получатся отпад, можно не сомневаться."
"Девушки снова переходят на обсуждение достоинств Гордея, а я сижу и стараюсь не расплакаться.
Опять упускаю.
И снова во всей сложившейся ситуации виновата, безусловно, я сама. Словно какой-то ступор вчера напал.