Автор
Надежда бросается от здания к нему, чувствуя, как ее рваные мускулы напрягаются в предвкушении неведомой опасности. Кровь пульсирует через ее жилы, создавая ощущение бесконечной боли и нестерпимой надежды на спасение. Она сжимает кулаки, зная, что каждое движение может стать последним, перед тем как она переступит порог этого страшного дома....
— Я знаю, что ты ничего не брала. Я не за этим. Голова болит. Сделай массаж. Рук твоих хочу, — выдыхаю, прикрывая глаза.
Глава 27
Надежда
Я полагала, что он пришел обвинить меня в краже. Естественно, отец должен был поверить сыну, а не какой-то малознакомой девке. Но Олег явился не за этим. Он отмахивается от моих оправданий, падает в кресло и просит сделать ему массаж.
С минуту растерянно хлопаю ресницами, рассматривая мужчину.
— Просто массаж, Надя, ничего большего, — хрипло и устало произносит мужчина.
— Хорошо, — киваю.
Убегаю в ванную, беру крем. Возвращаюсь, мужчина откидывает рубашку в сторону.
— Может, спустимся вниз? На кушетке удобнее.
— Нет. Здесь хочу.
— Масла нет. Но вот крем для рук должен подойти, — демонстрирую ему тюбик. Мужчина кивает."
"Сегодня он другой. Вроде спокойный, усталый, без привычного блеска в глазах, и это настораживает. Меня пугают перемены.
— Тогда сядьте на пуфик, — указываю ему направление. Мужчина молча кивает и садится. Подхожу сзади, растирая руки.
— Эдуард связывался с тобой? — интересуется он.
— Да, — киваю, продолжая делать массаж. — Он писал днём, требуя новой информации. Я ответила, что ничего пока нет. Эдик злился.
— Напишешь ему, что сегодня мы праздновали сделку. Очень крупную сделку с «Акантой». Предложит встретиться – не соглашайся. Скажи, я слишком ревнив и не отпускаю, — ухмыляется.
— Хорошо, — киваю. — Сделаю массаж и напишу.
— Напиши, — выдыхает.
Начинаю проминать мышцы сильнее, мужчина прикрывает глаза.
В какой-то момент мужчина ловит мою руку, останавливая, и тянет на себя. Теперь напрягаюсь я.
— Я еще не закончила, — мямлю.
Я понимаю, к чему это ведет. Снова секс. А я все никак не могу к нему привыкнуть. Мне больно. Больно даже когда поначалу кажется, что хорошо. Меня пугает агрессия Литвина во время близости. Последний раз он чуть не придушил меня. Эти его ненормальные наклонности не добавляют мне желания.
— Ну что ты так сжалась? Я же еще ничего не сделал, — хрипло произносит Литвин. Поднимается с места, вжимает меня в себя и вместе со мной идет к кровати. Испуганно вскрикиваю, когда он кидает меня на кровать. Нависает, дергает пояс моего халата, распахивая его. — Что-то не так? — вкрадчиво спрашивает он, разводя коленями мои бедра шире. — Расслабься.
Наклоняется, целует мою шею.
Вскрикиваю, когда Олег дёргает мои трусики.
