В заповеднике Такагама Чимпанзи, где лодочная станция мерцала в первозданном сумраке рассвета, было ясно что-то важное. Вадик, раненный в сражении, не мог скрыть свое изумление от Джерри, который оказался на пассажирском месте катера. Атмосфера здесь была напряженной и острой, как игла....
Маленькое окошко под потолком давало совсем мало света, но достаточно, чтобы разглядеть, что камня больше нет.
Я принюхался, показалось, что в помещении добавился новый запах. В прошлое посещение его точно не было, да и откуда ему здесь взяться в этом унылом музее ржавого железа и вяленных на солнце трупов? Запах пластика. Так новый автомобиль пахнет, когда его из салона забираешь.
Я вошел в помещение и замер, услышав, как хрустнуло битое стекло под ногами. Посмотрел на пол, пытаясь понять, откуда оно взялось так далеко от разбитого стенда.
Меня почти выкинуло из комнаты. Задержали створки двери, жалобно хрустнув под моим весом.
Я схватился за оружие, но воздух раньше сгустился чуть в стороне от меня и следующий удар выбросил меня в коридор. Сгусток темного пространства погнался за мной и выбил пистолет-пулемет из рук с такой силой, что лопнули карабины на ремне.
Губа разбита, во рту кровь, зуб шатается, ребра ноют, но там броник чуть смягчил. Руку жжет, ремнем цепануло, когда вырывали. Я попробовал встать, но будто сама тьма навалилась на меня и давит к полу.
Темный силуэт мигнул и начал проявляться, формируя бронированный костюм «призрака». Уродский киборг стоял надо мной, давя на бронежилет тяжелым, похожим на мотоциклетный, ботинком. Он медленно снял шлем, пощелкал чем-то в глубине воротника, а потом стянул маску.
Я узнал Маркуса, того самого, что очень хотел со мной поквитаться за смерть родственника.
— Привет, бродяга, — дернул щекой блондин, цокая губами, — Похоже, ты нам больше не нужен.
Он улыбнулся и сильнее придавил меня ногой, которую я безуспешно пытался сдвинуть, чтобы хоть вздохнуть нормально. Но там явное утяжеление, как бы еще привода какого-нибудь ни встроили. Потом достал откуда-то сзади алмаз и стал крутить его кончиками пальцев, одновременно любуясь им и дразня меня.
— Точно, не нужен, — он кивнул на алмаз и убрал его в карман или спецконтейнер за спиной, послышалось, как щелкнул замочек.
Он, наконец, слез с меня, но лишь для того, чтобы черные руки, напоминавшие кевларовые бронеперчатки, схватили меня за броник с разгрузкой, подняли и швырнули в коридор.
А потом еще раз в стену, и снова в коридор.
Я только успевал сделать вдох, как весь воздух тут же выбивало от удара.
