В душном здании музея за ЖД пути мир тих и непробиваем. Ночное эхо слов "уубить" разрывается осколками чужого сна: мечты о зеленой траве, несущие ужасные визги и шорохи. Друзья пытаются наладить связь, но ответа нет. Атмосфера напоминает могилу, где время замерло, лишь снующие духи снов превращаются в звуки реальности....
Первый день прошел за разговорами и знакомством с лагерем. Я раз десять рассказал свою историю. Сначала сестре и Вадику, потом Леонидычу, Сане и Вальке — остаткам нашего первоначального отряда. Потом еще раз Лехе, который вместе с Олей приехал в лагерь из рыболовного рейда. И еще раз специально, фокусируясь совсем на иных деталях, поделился с Астрид, пока она осматривала меня и брала кучу анализов. И все под присмотром сестры, так что даже толком ничего и не сказали друг другу.
В ответ тоже наслушался.
Про плен и подвиги сестры слушал нервно, под бдительным присмотром Дедушки Лу и Фламинго, сломал пару ящиков, погнул какую-то желязяку, но в целом, если Катька, конечно, не фильтровала, плен она пережила легко. Ну, да, работала на грядках, была без сладкого, но Дуглас строго пресекал любые издевательства или хамство в ее адрес со стороны своих людей. И на том спасибо. Встречу — прибью быстро.
История Лехи была полна ругани и плохо остывающих эмоций. Птенцы-мажоры их дождались. Но то ли их смутила толпа, что приехала с Лехой, то ли решили, что теперь справятся сами, даже без Оли, но баркас отчалил ровно в тот момент, когда наши вернулись в музей.
Леонидыч в общем подвел итоги того, что случилось в мое отсутствие. Пока парни думали, что делать дальше, решили укрепить лагерь. Начали строиться и тут потянулся народ. Сначала несколько старых знакомых выживальщиков от МакФерси, в том числе и механик Саед с семьей.
В итоге на данный момент в расширенном музее находилось семьдесят два человека. Часть расселилась по вагонам, для другой части стащили с округи времянки и контейнеры. Заняли пустырь, зачистили мусорную свалку в соседнем здании, соорудили забор, построили вышки, Саед изуродовал катки и как могли, укрепились.
Нам с камаджорами выделили свободную обшарпанную бытовку, а амазонок подселили к каким-то туземным женщинам. Выдали условные талоны на питание, ограничивающие попытки халявщиков на многоразовый прием пищи, и пообещали пристроить к общему делу, когда со всем разберемся.
