Не двигайтесь, пока нас не заметили.
В этом было что-то пугающее, хотя их и разделяло довольно большое расстояние. Силье пыталась разглядеть, что происходит там, внизу, и хоть немножко отдышаться. Но в глазах потемнело. Кнехты были везде. Уводили последних коров через ворота Льда. Только людей что-то не было видно, ни одного жителя долины.
— Я потерял из виду кнехтов, что преследовали нас. Они или продолжают преследование, или повернули назад. — Тенгель нервничал. — Нам пора. И как можно быстрее.
Чем выше, тем тяжелее идти. Силье совсем ослабела. Заболел живот, начались судороги. Она всерьез испугалась за зарождающуюся в ней жизнь. Но признаваться не смела.
Голова кружилась, ноги стали как ватные, дышать было больно. Но Тенгель все шел вперед.
Кончилась березовая роща. Перед ними расстилалось открытое пространство. Теперь беглецов было видно как на ладони. Наступивший полумрак не мог скрыть людей.
Там, на полянке, последние силы оставили Силье.
Она зашла за большое камень. Ей стало совсем плохо. Боль в животе была просто невыносимой.
Собравшись с силами, встала и вытерла пот с лица. Пару раз глубоко вздохнула и заковыляла к остальным.
Тенгель пошел ей навстречу.
— Послушай, девочка моя, ты ничего не хочешь мне сказать? — как-то настораживающе мягко спросил он.
Ног Силье не чувствовала вообще.
— Да, хочу, — всхлипнула она. Муж обнял ее и повел к лошади.
— Дурашка, — нежно произнес Тенгель. — Глупышка. И ты не могла сказать?
— Нет, — сказала она, вытерев нос. — Мы же разного мнения на этот счет.
— Ты не права. Но не будем об этом. Не бойся меня, милая! Тебе нужна помощь.
— Ты так быстро шел, — шмыгнула она носом. — Я не могла успеть.
— Я не заметил, пока ты совсем не отстала. Я страшно боялся за детей, нам нужно было как можно скорее убежать от кнехтов. Прости меня, любимая! Суль! Даг! Слезайте с лошади, пусть мама отдохнет.
И они продолжали свой путь. Силье мучила совесть, но она и на лошади-то держалась с трудом. За ней сидела Лив, крепко вцепившись ручонками в ее платье.
Идти в гору было жарко. Дети погрустнели, и Силье гадала, многое ли они поняли из увиденного. Суль все крепче сжимала мешок, а кошка продолжала раздраженно шипеть.
Силье непроизвольно бросила взгляд назад.
— Тенгель, они увидели нас! И нам отсюда видно всю деревню!
— Там слишком много дыма.
— А что, если кто-то поднялся повыше? Преследует нас?
Сам же Тенгель остановился. Силье удивленно обернулась. Когда она увидела, что затевает муж, в ней что-то сжалось. Тенгель стоял на краю горного уступа, повернувшись лицом к долине. Он вытянул руки и повернул ладони вперед, в сторону долины, словно пытаясь отвести беду.
В его фигуре появилось что-то своеобразное, властное, почти магическое.