Силье никогда не видела, как Тенгель применяет ту силу, которой он, по слухам, обладал.
Тут Силье увидела, как к Тенгелю подошла Суль. Постояв немного, она стала в точности повторять его движения.
Силье не осмелилась потревожить их. Она даже боялась пошевелиться. Даг и Лив взирали на этих двоих удивленно и с восхищением.
Наконец Тенгель опустил руки и вздохнул. Суль повторила все в точности. Они пошли назад — Суль к брату, а Тенгель — к жене.
И снова двинулись в путь.
— Что ты сделал? — негромко спросила Силье чуть погодя. — Ты сделал нас невидимыми, да?
Тенгель улыбнулся, но глаза его оставались серьезными.
— Не совсем так. Я не могу сделать нас невидимыми. Я… я отвратил их мысли от нас, сделал так, чтобы они не смотрели сюда.
— Так сразу и не поймешь. Ты, что, читаешь их мысли?
— Нет. Я оказываю на них влияние. Что-то вроде внушения.
— Не знаю. — Тенгель смущенно улыбнулся. — Я и сам не знаю, какими силами обладаю. Но я сделал все, что мог.
— А Суль поняла, что делала?
— Да, я в этом уверен. Между нами словно проскочила искра. Возникло чувство понимания, некоей общности. Эта девочка… Знаешь, Силье… я боюсь ее.
Словно через силу Силье произнесла:
— В своих вещах, в пальто, она прячет большой узел.
— Я знаю. Его ей дала Ханна.
— Ты думаешь, стоит оставить его у Суль?
— А ты? — задал он встречный вопрос.
— Решай сам. Ханна, ну… как бы это сказать… оставила Суль свое наследство?
— Да, я в этом уверен. Я давно уже понял, что Ханна выбрала Суль и решила сделать ее своей наследницей. Давным-давно она хотела, чтобы наследником стал я. Но я отказался. И вот с тех пор она меня ненавидит. Суль для нее как манна Небесная. В ее узле, должно быть, очень ценные вещи. Разные забытые мази и рецепты, которые наш род хранит. Ханна потому и держалась так долго, что должна была все это кому-то передать. Я бы не стал отбирать узел у Суль. По крайней мере, сейчас.
— Да, ты прав. Дети! Живее!
Они двинулись быстрее. Смеркалось, но, к счастью, было еще не совсем темно. Они вплотную подошли к горному перевалу.
— Разве лошадь тут пройдет? — скептически спросила Силье, оглядывая огромные камни, валявшиеся тут и там у прохода.
— Попробую найти дорогу. Иначе придется ее бросить.
— Здесь? В этой всеми покинутой долине? Она же не выберется отсюда. И речи быть не может!
— Не надо так, Силье.
— Лошадь пойдет с нами, — веско сказала Силье. — Она нам еще пригодится.
— И без нас она не может.
Тенгель отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Силье разволновалась, щеки покрыл густой румянец. Тенгель знал, что она будет бороться за лошадь до конца. Его так потрясла преданность жены, что на глазах выступили слезы. Тенгель быстро сморгнул.
Шаг за шагом они пробирались меж камней.