Офицер ВДВ погибает на спасательной операции и чудесным образом оказывается в СССР октября 1980 года — в день своего призыва в армию. Он получает шанс изменить прошлое и спасти младшего брата, но его ждёт афганская война и неизвестное будущее.
Сразу пошли в наступление, прямо так.
— И правда… — Сказал Малюга, а потом прижался щекой к прикладу своего автомата. Несколько раз выстрелил по пляшущим в свете трассиров, теням духов, — а чего это они? Хитрость какая-то? Или глупость?
— Вряд ли хитрость, — покачал я головой. — Скорее это вынужденная мера. По всей видимости, у них что-то пошло не так."
"— Хорошо бы, чтобы у них все пошло не так! — Сказал мне Сагдиев, перезаряжающий автомат у левого края бреши.
Я ему не ответил. Вместо этого всмотрелся в темноту, пытаясь найти противника по вспышкам.
Во время боя мы даже не заметили, как дождь поутих еще сильнее. Маленькие, но частые капли тихо и монотонно шуршали вокруг. Щелкали о плечи и капюшоны плащ-палаток.
Звуки Выстрелов, уже далеко не такие частые, как в прошлое наступление врага, то и дело затмевали этот шум.
Душманы пытались пробиться к опорному пункту. В этом не было сомнений. Однако, кажется, так и не смогли преодолеть ответный натиск танковых пулеметов, заставивших их, прижаться к земле.
— Саша? Саша, а ты чего не стреляешь? Удивился Малюга, только что отстреливший свой последний патрон, а теперь менявший магазин, — чего с тобой?
Я не ответил и ему тоже. Не ответил, потому что внимательно следил за врагом. За тенями духов, что то и дело проявлялись под светом трассеров танкового пулемета. Следил за ситуацией. Оценивал ее.
Я старался рассмотреть, что за странное копошение там происходит. Из-за темноты совершенно непонятно было: цепи врага просто поломались, не выдержав натиска, или же они предпринимают какой-то странный маневр, скрытый от наших глаз в ночи.
* * *— Аллах Велик! — Крикнули один из моджахедов и поднялся в атаку.
Наби, прижавшийся к земле, наблюдал, как он и еще четверо бойцов встали и попытались продвинуться вперед, ближе к опорному пункту шурави. Как приготовили гранаты, чтобы поразить ими танк.
А уже через мгновение, четвертый по старшинству сын Захид-Хана Юсуфзы увидел, как танковый пулемет превратил этих храбрых воинов в ошметки плоти и фрагменты тел. Какие-то из них разлетелись по округе, другие упали практически туда, где только что стояли атакующие моджахеддин.
Наби поджал губы, пригнул голову ниже к земле. А потом обернулся, ища взглядом брата среди остальных моджахедов.
«Попытка зайти во фланг опорному пункту была ошибкой, — подумал Наби, — ужасной и кровавой ошибкой».
— Брат!
Тяжелая рука Имрана легла Наби на плечо. Тот вздрогнул.
