В мире, где огонь и лед непримиримые враги, Роберт Фрост предсказал конец мироздания. Важно не только знать страсть, но и страх: опасность замирает сердцем под защитой своего воина, который готов отдать последнюю кровь. Такие темы проплывают через книгу "Затмение".
С чего вдруг Эдвард об этом заговорил? Ведь он относился к этому еще более болезненно, чем я.
– Ты не забыла, что они вот-вот истекут? – спросил Эдвард, протягивая мне листок – еще один подарок на день рождения: билеты на самолет, которые Карлайл и Эсми подарили мне, чтобы я могла навестить Рене во Флориде.
Я глубоко вздохнула и ответила безжизненным голосом:
– Вообще-то я про них совсем забыла.
На лице Эдварда появилось нарочито жизнерадостное выражение.
– Ну, время еще есть, – продолжал он ровным тоном.
Эдвард ухмыльнулся.
– Почему бы не отпраздновать твое освобождение поездкой во Флориду?
У меня перехватило дыхание.
– Во Флориду?
– Ты ведь сама сказала: «в пределах границ континентальной части США».
Я подозрительно уставилась на него из-под нахмуренных бровей. С чего это он вдруг?
– Так как же? – не отставал Эдвард. – Ты хочешь повидаться с Рене или нет?
– Чарли ни за что на свете не разрешит!
– Он не может запретить тебе видеться с матерью: она все еще твой главный опекун.
– У меня нет опекунов: я совершеннолетняя.
Эдвард ослепительно улыбнулся.
– Вот именно!
Я ненадолго задумалась, но все же решила, что игра не стоит свеч. Чарли будет рвать и метать: не потому, что я еду к Рене, а потому, что еду с Эдвардом. И надолго перестанет со мной разговаривать, а то и опять под домашний арест посадит. Разумнее даже не упоминать об этом.
Но как же хочется повидать маму не потом, а сейчас! Я не видела ее ужасно давно. А когда видела, то не в самый удачный момент. Во время последнего визита в Финикс я все время провалялась на больничной койке. Когда Рене в последний раз приезжала в Форкс, я была в невменяемом состоянии. Не хотелось бы покинуть маму с такими неприятными воспоминаниями.
И может быть, если она увидит, как мне хорошо с Эдвардом, то скажет Чарли, чтобы перестал на нас давить.
Пока я раздумывала, Эдвард внимательно вглядывался в мое лицо.
Я вздохнула.
– Не в эти выходные.
– Почему?
– Не хочу ссориться с Чарли. Ведь он только что меня простил.
Эдвард нахмурился.
– По-моему, в эти выходные было бы в самый раз…
Я покачала головой.
– Как-нибудь потом.
– Вообще-то, не только тебя не выпускали из дома. – Он хмуро посмотрел на меня.
Что-то здесь не так.
