В мире, где огонь и лед непримиримые враги, Роберт Фрост предсказал конец мироздания. Важно не только знать страсть, но и страх: опасность замирает сердцем под защитой своего воина, который готов отдать последнюю кровь. Такие темы проплывают через книгу "Затмение".
Мы с Марком большую часть дня в карты резались, – с ухмылкой признался он. – Я выиграл девятнадцать партий из двадцати шести. А потом поболтал по телефону с Билли.
Я постаралась не измениться в лице.
– И как у него дела?
– Ничего, нормально. Суставы только побаливают.
– Бедняга.
– Да уж. Билли пригласил нас на выходные в гости. Хочет позвать еще Клируотеров и Улейсов. Вроде как матч устроить.
– Ага, – только и сумела сказать я.
Да и что тут еще скажешь? Я знала, что на сборище оборотней меня не пустят – даже под родительским присмотром.
Я встала из-за стола и собрала посуду, не глядя на отца. Бросила все в раковину и пустила воду. Появился Эдвард и молча взял полотенце для посуды.
Чарли вздохнул и на время прекратил этот разговор, хотя скорее всего вернется к нему, когда мы останемся наедине. Тяжело поднявшись на ноги, отец, как обычно, пошел смотреть телевизор.
– Чарли, – окликнул его Эдвард.
Отец остановился посреди нашей маленькой кухни.
– Что?
– А Белла не говорила, что мои родители подарили ей на прошлый день рождения авиабилеты, чтобы она могла съездить повидать Рене?
Я уронила тарелку, которую мыла. Та отскочила от кухонного стола и грохнулась на пол. Уцелела, но забрызгала комнату и всех нас мыльной водой. Чарли, похоже, даже не заметил.
– Белла? – ошеломленно произнес он.
Я нагнулась за тарелкой и ответила, не поднимая глаз:
– Ну да, подарили.
Чарли шумно сглотнул, потом прищурился и перевел взгляд на Эдварда.
– Нет, не говорила.
– Хм, – пробормотал Эдвард.
– А почему ты спрашиваешь?
Эдвард пожал плечами.
– Срок действия скоро истечет. Если Белла не воспользуется подарком, то боюсь, Эсми может обидеться. Конечно, сказать она ничего не скажет…
Я в недоумении уставилась на Эдварда.
Чарли задумался.
– Белла, пожалуй, тебе стоит съездить к маме. Она обрадуется. И странно, что ты мне и словом не обмолвилась.
– Забыла.
Он нахмурился.
– Забыла, что тебе подарили билеты?
– Ну… – неопределенно пробормотала я и повернулась к раковине.
– Эдвард, ты сказал «билеты», – не отставал Чарли. – Сколько билетов подарили Белле твои родители?
– Один для нее… и один для меня.
В этот раз тарелка, выскользнув из моих рук, упала в раковину почти бесшумно. Я отчетливо слышала, как отец резко выдохнул. От раздражения и стыда кровь бросилась мне в лицо.
