В зале бракосоха кипела атмосфера ожидания, пока Василий Протопелин медленно выпивал тосты и смотрел на собравшихся. Страшное слово "война" уже давно перешло из детских воспоминаний в реальность — теперь это было как проклятие, сглаживающее неровности жизни. Здесь каждый знал, что рано или поздно придется бросить все и отправиться на войну....
Там бокал вина или рюмка водки служили инструментами для дела. В быту к наркотическим допингам молодой бизнесмен испытывал презрение. Но сейчас ему до боли захотелось напиться. Уж очень он устал копаться в своих чувствах и прислушиваться к собственному организму. Состояние здоровья пока оставалось прежним, но каждый день он ждал появления признаков роковой болезни. И это ожидание сводило с ума. Скорей бы уже! – думалось в такие минуты.
В стоимость аренды дачи входил бар с коллекцией дорогих напитков. Грыжин туда из любопытства как-то заглянул и забыл о его существовании.
Грыжин ни. разу жене не изменил. Не потому, что был ханжой или страдал излишней застенчивостью. Он любил Машу, она его устраивала как любовница, и тратить время на побочные связи молодой бизнесмен не желал. Азарт финансовых комбинаций увлекал его куда больше. Николай был еще молодым человеком, и здесь, на даче, его преследовали эротические сны, но объектом желаний оставалась Маша.
Неожиданно российский теннисист отдал третий гейм на своей подаче.
Лида продолжала торчать возле обувного прилавка, но Грыжин признал ее с трудом, потому что девушка от холода совсем запряталась в свой пуховик, Зато она приметила щедрого покупателя сразу."
"– Сейчас только четыре. Я же сказала, в пять закончу.
