После двадцатилетнего разрыва с родителями, девочка воспитывается одной мамой. Восьмилетняя героиня ждет встречи со своим отцом на день рождения, но он исчезает из её жизни уже в семь лет. С годами она перестаёт верить в то, что его вернётся.
Ты сильно расстроилась?
— Из-за чего? Из-за тебя или из-за балагана в библиотеке?
— Чёрт с ней, с библиотекой.
— Скажу честно, я не ожидала. Что ты сделаешь такую глупость.
— Это «Колесо», Лер.
— Я понимаю. Но ты должен был мне рассказать, а не ставить меня… нас, в такое идиотское положение.
Антон помолчал, разглядывал свой кулак, что пристроил на подлокотнике кресла, затем подбородок им потёр.
— Я хотел, но никак не находилось подходящего времени. Мы то сходились, то расходились, потом я боялся нарушить равновесие, а когда подходящее время подошло, ты забеременела.
Я от возмущения даже фыркнула.
— Ты совсем заврался, Антон.
Он неожиданно кивнул.
— Да. Пора с этим завязывать.
— Очень на это надеюсь. — Антон руку мне протянул, и я в знак примирения подала ему свою ладонь. Он сжал мои пальцы, потом по кольцу провёл. Меня же мучила одна мысль, я никак не могла от неё отделаться последний час, и немного посомневавшись, я её озвучила: — Антош, он ведь не указал имени в завещании.
— И слава Богу!
Я покивала, но покоя от восклицания мужа не нашла.
— Он даже не подумал обо мне, о моём существовании. У него была только Алиса.
Антон присмотрелся ко мне пристальнее, затем снова мою руку сжал.
— Малыш, ну не убивайся ты так. Мы же об этом уже говорили. Боря сам себя называл дураком и трусом иногда. Поэтому… Чёрт, я не знаю, что тебе сказать.
— Ну и не говори ничего. — Я заставила себя сделать вдох, хотя чувствовала, что горло всё ещё сжимает спазмом.
— А ты насчёт фонда серьёзно?
— Конечно. Нужно же мне чем-то заниматься? Ты лишил меня работы.
Антон усмехнулся.
— И сразу: я лишил!..
— Конечно, ты.
— Лерка, я так тебя люблю. И хочу.
Я посмотрела на него оценивающе.
— Ты пьяный дурак.
— Ага.
Совсем рядом послышался стук каблуков, Марина вышла в холл, увидела нас и остановилась, как вкопанная.
— А вы что здесь делаете? Ещё не окончательно мне жизнь испортили?
— Марина Леонидовна, я поговорила с Алисой.
Она едко улыбнулась мне в ответ. Было заметно, что последние полчаса пошли ей на пользу, и она смогла взять себя в руки."
"— Весьма тебе признательна. А теперь не могли бы вы покинуть мой дом. Видеть вас, сомнительное для меня удовольствие.
Она прошли мимо нас, и стала подниматься по лестнице, не удостоив нас больше ни одним взглядом.
