Автор
Ловко бросив очередной камень на ледяную поверхность реки, Олег отметил, как тот трижды прыгнул и застрял между льдинами, пока не увяз в рыхлой снегу. Убедившись, что больше подходящих манёврных предметов нет под рукой, он понял, что для такого задумки необходим идеально гладкий и сильно изогнутый камень....
Он сразу понял, что ездят они не на лошадях – слишком удлиненные тела у животных, да и пропорции искажены. Седоки держались слишком уж прямо, как-то неестественно, и вовсю работали короткими пиками. Расстояние не позволяло рассмотреть подробности, но вывод он сделать сумел:
– Так это мертвые рыцари, или фраки. В разных краях их называют по-разному.
– Как? – не понял Монах.
– Фраки. Так их называют местные.
– Вы на юге с ними сталкивались?
– Нет.
– Ну так молись всем богам! Если их окажется больше двух десятков, нам конец.
Уточнять Олег не стал, хотя и удивился. Издалека черные всадники не казались опасными – просто очередная разновидность хайтов, не более. А хайтов он не слишком опасался – да, противник опасный, но ему уже доводилось вступать с ними в схватку. Ничего сверхъестественного – убивать их несложно.
Между тем на зов Монаха подбегали все новые и новые бойцы. Прекратив выслеживать беглых жителей, они мчались к своему предводителю. То же самое делали те, кого нападение застало в поселке, – поспешно выходя из схватки, они выскакивали из пролома в частоколе.
Всадник вынесся из пролома, помчался на отряд Монаха, по пути уничтожая бойцов, бегущих в том же направлении. Олег, прекрасно его рассмотрев, содрогнулся, осознав, что повстречался с настоящей машиной смерти. И раньше было понятно, что животное не относится к ближайшим родственникам лошадей, но сейчас стало ясно: это вообще непонятно что.
Всадник под стать своей «лошади» – высокий, широкоплечий, хотя и уступает размерами раксам. Но, в отличие от них, с ног до головы закован в черную, очевидно вороненую, броню.
Вся амуниция фрака была черного цвета, не исключая лезвия пики.
