– А вот! – Воробьев вынул из-под куртки итальянский пистолет-пулемет «беретта» с глушителем. – Классная штука, стоит на вооружении американских спецслужб. И посмотри, какая радиостанция. Я такой еще не видел. Но ни документов, ни нашивок – все чисто.
Пленный прислушивался к разговору, языка не понимал, однако угадывал, о чем идет речь.
– Встать! – приказал ему по-английски полковник.
Тот медленно разогнулся, опершись спиной о броню, смотрел пытливо и тяжело.
– Гляди, Никанорыч, он здорово ногами работает, – предупредил Воробьев.
– Возьми котелок, принеси воды, – распорядился Арчеладзе, поигрывая «береттой». – Бегом!
Когда Воробьев умчался вдоль траншеи, пленный разлепил губы.
– Мое подразделение находится здесь в составе миротворческих сил ООН, – шепеляво проговорил он. – Всякое задержание и разоружение незаконно, кем бы вы ни были.
– Тебя как зовут? – просто спросил Арчеладзе.
– Меня зовут Мартин Кинг. Я офицер Гражданской полиции ООН.
– Очень приятно, полковник Арчеладзе, – представился он, замечая, как звучание фамилии обескуражило пленного.
– Вы француз? Или голландец?..
– А как ты считаешь, Мартин?
– Меня смущает язык. Вы говорили на каком-то славянском языке!
– Не на каком-то, свинья, а на русском! – выразительно сказал полковник.
– Да, я знаю, русские стоят там. – Он указал направление. – Но ваш батальон тоже входит в состав миротворческих сил. Почему меня задержали? Я называл пароль вашему подчиненному!
– Понимаешь, он не говорит по-английски, – Арчеладзе отвел предохранитель и выстрелил в землю, между ботинок пленного. – И знает всего два слова – да и нет. А потом, ты же первый попытался его задержать?"
"– Я действовал по инструкции! Он занимался мародерством!
– Что он делал конкретно?
– Проник на охраняемую территорию и выкапывал овощи.
– Какие овощи?
– Лук. Там на грядках есть лук!
– Ты что же, старина, грядки там охранял? – засмеялся полковник, хлопая по плечу. – Гражданская полиция ООН стережет грядки! Не мир в Боснии, а какой-то лук! Обязательно расскажу это журналистам!
– Я охранял объект, – просвистел в щербатину пленный. – А ваш подчиненный проник на территорию!
– Так вот знай, Мартин Кинг. – Арчеладзе вытер наигранные слезы. – Сходить в огород за луком у нас в России не считается мародерством. И полагаю, никакая международная конвенция не признает это действие за преступление. Не так ли?
– Есть строгое разграничение полномочий, – заявил он. – Ваши подчиненные не имеют права вторгаться в зоны, охраняемые нашим контингентом войск. Это обусловлено Протоколом! Меня не интересует, что принято у вас в России!
– Ну, будет тебе, Мартин, – примирительно махнул рукой полковник. – Мой офицер взял немного лука, чтобы приготовить грибы.