– Что мне делать у этих наших?
– Да предупредить бы надо мужиков. Чтоб врасплох не захватили. – Арчеладзе достал из внутреннего кармана обертку от шоколада и карандаш. – Пиши, но только каракулями и с ошибками, как бы серб по-русски написал. Дескать, сегодня ночью американцы придут драться. Пусть навешают им как следует. Глядишь, и уверенность появится.
– Ну ты и провокатор, Никанорыч! – поморщился «грибник». – Просто иезуит.
– Да ведь у нас служба такая, брат, – вздохнул полковник и выбрался из капонира. – Ты в деревне этой был, где нам лучше встретиться? Чтоб не искать друг друга?
– Там есть речка за околицей и взорванная плотина. Электростанция была…
– Тогда до встречи! – Арчеладзе нырнул в темнеющий лес, пошел от дерева к дереву.
Дорога шла все время вниз, в долину, и дальний склон горы, подернутый кустарником, иногда мелькал в просветах деревьев. Отпущенного пленного он видел всего дважды, причем в полукилометре впереди себя и недалеко от деревни – уже просвечивали черепичные крыши. Резко взял влево, чтобы обойти кругом и появиться с тыла, откуда не ждут гостей. Он почти сразу вышел к шумящей горной речке, разделяющей неширокую долину и деревню пополам, отыскал плотину, точнее, нагромождение рваных железобетонных глыб, и не останавливаясь форсировал ее по колено вброд."
"Когда он добрался до каменного карьера, врезанного в склон горы, совсем стемнело и в двух домах зажглись огни. В небе вновь послышался гул тяжелых вертолетов: кажется, морские СН-46 только сейчас покинули зону. Арчеладзе тотчас же связался с Кутасовым.
– Гости отбыли, – доложил тот. – Но усиление не сняли, народу в зоне – весь батальон. Так что вы назад даже не суйтесь.
– Мы и не собираемся, – безразлично сказал полковник. – Это ты сейчас к нам пойдешь. Возьми с собой пятерку своих ребят и обходным путем, через голландскую зону, прямо к нам. – Он назвал координаты. – Голландцы – мужики смирные, спокойные, да и зона у них благополучная, даже минных полей нет.
– Гриф, но это же далеко, – воспротивился «каскадер». – Это я к полуночи только приду. Может, попробую напрямую?
– Я тебе попробую! Раньше полуночи ты мне и не нужен. Да прихвати что-нибудь пожевать.
Арчеладзе поднялся повыше левым склоном карьера, устроился среди камней, откуда деревня просматривалась до последнего сарая, и стал изучать с помощью ночного бинокля домики и прилегающие к ним сады. Конечно, интересовали в первую очередь те, где горел свет. Вероятно, один из них служил казармой, поскольку во дворе и саду часто появлялись люди с оружием. Их суета красноречиво свидетельствовала о том, что Мартин Кинг добрался до своих и сообщил о вопиющем хамстве и наглости русских. Не мог не поделиться, на роже все написано.