Сентябрь 1946 года, Львов — город пустых улиц и призрачных снов. Алексей Кравец, бывший капитан контрразведки Смерш, с трудом поднимается со своего железного нары. В двери плескается ветер, а надзиратель с кобурой на ремне стучит по порогу, словно гонец из другого времени. "Твои лучшие денечки уже прошли", — прокличет невеселая мысль, когда фигура охранника оканчивает свое плаванье....
Последнюю пулю придется себе оставить.
– Отставить пессимизм! – приказал Алексей. – Повелеваю радоваться и с надеждой смотреть в светлое будущее. Греков, у тебя что?
– Шоколадка и полпачки курева, – проворчал тот. – Даже в «нагане» ни хрена не осталось. Я воевал, в отличие от некоторых.
– Толку, правда, не видно, – с ухмылкой сказал Алексей. – Что ж, рядовой Бесов сегодня лидирует. Поделитесь с офицерами, солдат. Надо уходить, товарищи. Выбор направлений у нас небогат. – Он начал приподниматься, держась за выступ в камне.
Единственный проход в тесно сдвинутых камнях пока вел на юг, дальше неясно. Не исключено, что эта тропа приведет их в тыл к противнику.
Кравец обернулся, оглядел свое небольшое войско. Люди уныло смотрели на него. Хорошо им, даже офицерам. Самим думать не надо, пусть старший голову ломает. Он большой начальник, обязан что-то сообразить.
– Товарищ капитан, разрешите вопрос, – проговорил Ревенко. – Что произошло? Нас ждали? И что теперь будет?
– Не знаю, ефрейтор. – Алексей помедлил.
– Я видел, как рядом с Збруевым фауст взорвался, – проворчал Тамбовцев. – Не знаю, жив ли он. Но бандюков, которые нам дорогу показывали, точно накрыло вместе с парнями, которые их тащили. Только руки-ноги разлетались.
Офицеры и бойцы подавленно молчали, тянули папиросы из пачки, предложенной Грековым.
«Возможно, у Бабулы и не было информации о подходе крупного отряда красноармейцев, – рассуждал капитан. – Скорее всего. Первая стычка это подтверждает. Но потом ему удалось перегруппироваться, посадить людей в засаду, атаковать в тот момент, когда наша ударная группа была фактически беззащитна. Я сейчас уверен в одном. Солдаты отсюда не уйдут. Слишком далеко продвинулись. Окопаются, возьмут под контроль господствующие высоты.
– Хватит курить, мужики, – прошипел Алексей. – Хотите, чтобы нас по дыму засекли? Вперед, за мной. Идем тихо, головы не поднимаем, глупых вопросов не задаем.
Цепочка из пяти человек медленно двигалась среди камней. Одни скалы напоминали слоеные пироги, другие – какие-то сплющенные лепешки, уложенные друг на друга. Из расщелин вырастал кустарник, небогатый на листву, криворукий.
