В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
Только там я был богатым среди бедных, а тут из-за моего костюма все получилось с точностью наоборот. Нет, откровенных богачей в театре не наблюдалось, больше средний класс — инженеры, студенты и гимназисты, офицеры с дамами и просто одинокие барышни... А вот рабочих не наблюдалось ни одного.
Само фойе было не особо большим — примерно метров пять на восемь. Напротив входа была буфетная стойка, за которой стоял официант с прилизанными волосами, пробором по центру и короткими усиками. За его спиной к стене были приколочены полки, на которых стояла сладкая выпечка.
Справа от буфетной стойки была дверь в служебное помещение, а сам зал для посетителей находился на втором этаже, куда вела винтовая лестница. Она находилась еще правее от двери. По бокам от входа стояла пара кадок с растениями. Освещал фойе попадающий из окна слева дневной свет, но на потолке свисала и люстра для ночного освещения.
— Сударь, вы наверное дверью ошиблись, — процедил через губу, подошедший ко мне молодой поручик.
Судя по возрасту — недавно из училища или академии. Знаки различия имеются, но я пока в них не очень разбираюсь. Нужно будет устранить этот пробел. Но молчать я был не намерен.
— С чего бы это? На входе не написано, что сюда нельзя входить кому-то по сословному признаку.
Это не улица, здесь на мое «богатство» никто не позарится. Что и доказал пренебрежительный взгляд офицера и слегка наморщенный носик молодой девушки в паре шагов позади него. Небось перед понравившейся девушкой решил себя «героем» показать!
— Уходите, — не сдавался поручик. — От вас воняет!
— Так прикройте нос, — процедил я.
Вот еще! Будет он мне тут указывать.
— А вы храбры для рабочего, — раздался позади меня приятный женский голосок. — Не боитесь попасть в суд за оскорбление офицера?
Я обернулся и далеко не сразу сумел подобрать слова. Передо мной стояла красивая брюнетка в голубом платье и такой же шляпкой с вставленным в нее белым пушистым пером.
