В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
Волосы завиты и скреплены сзади в хвост, который дальше россыпью спадает по плечам. Платье имеет небольшое декольте, обнажающее слегка загорелую шею. Изящные пальцы сжимают белый зонтик, сейчас сложенный. Зеленые глаза смотрят на меня открыто и с любопытством. В их уголках заметны искорки озорства.
— Нет, — наконец я смог выдавить из себя. Уж очень сильное впечатление на меня произвела незнакомка. — Я ведь никого не оскорблял.
— Совет офицеру, что выше вас по положению — само по себе может быть расценено как оскорбление, — заметила она.
— Я имею право посмотреть на представление, и не господину поручику лишать его меня! — гордо задрал я подбородок.
Отступать в этом вопросе особенно перед ней мне не хотелось. Уж и не знаю, что на меня нашло. Ни одна другая девушка, что я видел до этого, на меня так не действовала.
— До представления осталось пять минут, — прервал ответ поручика, уже открывшего рот, голос распорядителя с лестницы."
"Офицер презрительно дернул подбородком, после чего подхватил стоящую за ним девушку под локоток и чинно удалился на второй этаж.
Зал театра был уже побольше чем фойе и растянулся на десять метров в длину от входа и на восемь в глубину.
— Дорогие зрители, — заслонил собой полотно распорядитель, что приглашал до этого нас в зал. — Вашему вниманию представляется картина Петра Ивановича Чандырина — Демон, снятая по одноименной поэме Михаила Юрьевича Лермонтова. Приятного просмотра!
После такой короткой вступительной речи распорядитель отошел к входу и погасил свет.
