В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
Там точно кто-то был!"
"Вернулся Сашка через пять минут с подозрительным привычно усатым городовым с ярко-красной мордой будто с перепоя. Хотя когда я выбрался из своего укрытия, никакого запаха перегара я от него не унюхал, а вот табаком у него изо рта шибало на пару шагов окрест.
— Григорий Бологовский, — представился я, параллельно достав свою бумагу жандарма.
После ее прочтения, городовой удивился, уже с куда меньшей подозрительностью посмотрел на Сашку и, выправив плечи, с ожиданием посмотрел на меня.
— Что делать, ваше благородие? — спросил служивый.
— Предположительно, в доме на первом этаже засели виновные в покушении на губернатора, — и я указал на окно. — Надо задержать для допроса.
В один момент он скривился как от зубной боли и нахмурился, после чего кивнул, принимая для себя какое-то решение.
— Эх подкрепление бы, вдвоем то можем и не сдюжить, — пробормотал городовой.
— Сам знаю, но могут и уйти. То, что они до сих пор здесь, уже чудо, — мотнул я головой. — Поэтому придется вдвоем справляться.
— Кузьма портной комнату с семьей снимает около входа, да Алексей Петрович Бегляшов, кадет Интендантской академии тут же обретается. Но последний сейчас к родным в Воронеж уехал, пока в академии каникулы.
— Значит так. Вы стучитесь, вроде как к Кузьме, а как войдете — тут же к той двери проходите и тарабаньте громко. Кричите, что полиция и чтобы открывали. Если там бомбисты — они точно не отопрут и постараются в окно сигануть. Тут-то я их и встречу.
— А вы как? Оружия я у вас не вижу, — с сомнением осмотрел меня жандарм.
— А вот так, — подал я магию в свои пальцы.
Тот понимающе кивнул и больше вопросов не задавал. Я же переживал за иное. У меня было то мое «заклинание», что вырубает человека. И сейчас условия его применения — чуть ли не полигонные — пройдет сквозь стенку легко, подготовить его время есть, и противник ничего сделать не успеет.
