В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
Мужчина указал на дверь в стене за его столом, что была искусно вписана в общий стиль интерьера и не бросалась в глаза, отчего я ее и не заметил поначалу.
За дверью оказалась небольшая комнатка. Пол облицован белой кафельной плиткой, потолок выбелен известкой. Да и дальше побелка доходит до уровня плеч. Дальше уже до пола стены обложены серым мерцающим камнем. Посредине комнатки стоит кушетка. Справа от входа — вешалка под одежду и стул рядом с ней.
— Раздевайтесь, молодой человек, — махнул на вешалку мужчина, а сам прошел к кушетке.
Ничего более в комнатке не было. Зато пока снимал с себя пиджак, брюки и туфли, обратил внимание на саму кушетку. В ее изголовии куда подошел Коршунов были вмонтированы драгоценные камни. Семь штук. Я узнал опал, аметист, малахит, алмаз, рубин и сапфир. Еще два оказались мне не знакомы. Рама кушетки тоже была не обычной, выполненной из стальных трубок, по которым сверху кто-то нанес серебром вязь узоров. Необычность была не только в том, что на грубый металл нанесли гравировки, но и в самих узорах.
— Прилягте, помните процедуру?
— Нет, — ответил я честно.
Коршунов пожевал губами, скосившись на деда.
— Ничего сложного от вас не требуется, просто возьмитесь за ручки и подайте в них свою магию.
В районе пояса действительно с боков вверх торчали две круглых трубки как раз длиной в ладонь человека.
— Да, смогу, — уверенно заявил я.
В принципе, ничего сложного, как и сказал чиновник. Но если бы я это уже не делал в подвале особняка, могли возникнуть проблемы.
Поверхность кушетки оказалась жесткой — похоже, подо мной была металлическая плита, прикрытая лишь тоненьким одеялом, поверх которого лежала белая простынь.
Тот стоял в районе моей головы и как бы нависал сверху. Но когда я подал магию в трубки, мое тело словно прилипло к кушетке и его окутало желтое свечение, что скрыло от меня весь внешний мир. Иногда в нем я различал ручейки синего цвета, что словно выныривали из желтого моря и снова в нем скрывались. Сколько это продлилось, я не знаю.
