В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
«Хозяйкой» этого богатства была дама около сорока лет в строгом платье под горло. Она острым взглядом смотрела на нас, словно желая прогнать, чтобы мы не оскверняли своим видом местное великолепие.
— Здравствуйте, господа. Вам назначено?
— Маргарита Всеславовна, — старик вытянулся в струнку и коротко кивнул, прижав подбородок к шее. — Я не ко Льву Сергеевичу, а к Петру Мироновичу, привел внука на обследование.
— Что-то серьезное? — на строгом лице появилась тревога. — Я слышала о ранении Григория, но неужели оно затронуло даже дар?
— Увы, — слегка развел руки в стороны дед, словно извиняясь.
— Да, сейчас спрошу, сможет ли он вас принять.
Сняв массивную трубку телефона, она совершила последовательно несколько витков на циферблате, набрав трехзначный номер и дождавшись ответа с той стороны, доложила о нас.
— Прибыли Борис Леонидович с внуком на обследование. Впустить? — ей ответили, после чего дама чинно положила трубку и повела рукой вглубь холла. — Петр Миронович вас ожидает.
— Благодарю-с, — снова кивком поблагодарил даму дед и двинулся вглубь холла.
В противоположной от входа стороне был ряд окон, а когда мы дошли до него, я увидел уходящий в обе стороны коридор, что проходил здание насквозь. По одну сторону коридора были окна во внутренний двор управы, а с другой стороны — ряд дверей в кабинеты местных чиновников. Ряд не такой уж большой, от одной двери до другой было не меньше десяти метров, что говорило о размерах каждого кабинета. Руководство управы и ее служащие не отказывали себе не только в роскоши, что украшала внутренние помещения, даже холл, но и в площадях для каждого начальника.
Вдоль коридора напротив дверей стояли небольшие удобные диванчики для ожидания. Парочка из них была занята мужчинами в статском платье, как было написано на одной из табличек магазина по пошиву одежды, что я заметил на улице. Крой добротный, но ткань не слишком дорогая — даже мой взгляд отмечал ее грубость. Ну и окраски никакой не было.
На нужной нам двери из красного дерева висела позолоченная табличка с выгравированной надписью: Петръ Мироновичъ Коршуновъ. Заведующий отделомъ по магическому искусству. По краю таблички вилась выгравированная цветочная лоза.
Старик два раза ударил кулаком в дверь и, дождавшись одобрительного «войдите», толкнул ее и шагнул внутрь.
