В холодном полушадьи, жарко дрожащие груди скрывались за мокрыми кительными складками. Витек смотрел на линию горизонта, где темнеющие кладбища стычкой своей рябью пересекаются с оранжевым пламенем зажженных факелами улиц и домов. Яркость выстрелов небольшой группировки казалась последним светом перед адом, за которым только тьма и бесконечная ночь ждали их....
— В среднем же обычный костюм у портного, пошитый по вашей мерке и из качественных материалов, вы ниже, чем за десятку не найдете, голубчик.
— Так я хоть и переплатил, но не сильно, получается, — немного ободренный словами мужчины, вздохнул я.
— Не расстраивайтесь, — похлопал он меня по плечу. — Зато теперь внешне вы от рабочего какой-либо фабрики почти не отличаетесь. Вот только за рабочего вас все равно не примут, — снова ошарашил он меня.
— И почему?
— Ну как же. Их уклада жизни вы не знаете. Цен — тоже. Замашки у вас не работяги.
— Совсем нет вариантов? — хмуро спросил я.
— Ну-у... — протянул Савелий Лукич. — Можете снова сослаться на свою амнезию. Сказать, что очнулись и не помните ничего. Помощи попросить. Вас так вчера разукрасили, что в это как раз легко поверят. А там — и быт рабочего люда узнаете, и остальным они с вами поделятся. Даже могут помочь на первых порах.
— Спасибо, — снова поблагодарил я жандарма, после чего тот сослался на срочные дела и двинулся к главному зданию управления.
Покинув здание, в этот раз пешком я двинулся к московскому вокзалу. Дорогу я уже знал — расспросил у своих новых коллег в столовой. Поэтому потеряться не боялся. Так собственно и получилось."
"Пока шел, старался наблюдать за проходящими мимо людьми. В особенности на мужчин. Подмечал их взгляд, как одеты, как двигаются. И тут же пытался повторить. К вокзалу я уже смог немного наловчиться и моя походка неуловимо изменилась. Это я понял по тому, что на меня перестали коситься окружающие, для которых я казался «непонятным», да по взглядам полиции.
И вот когда я пришел к такой неутешительной для себя мысли, ко мне и подоспели проблемы в виде патрульного полицейского.
