В глубине Санкт-Эринбурга, за пределами богатых поселков, ущербная деревня скрывается в тени старого леса. Узкая дорога извилистой формы приводит к заброшенной территории, окруженной ржавыми валунами и полупроломленными каменными статуями птиц. Камни покрыты зеленым мхом, некоторые даже отвалились, оставляя видимым скрывшийся внизу мир....
Они вылетели из павильона на заросшую площадь и остановились на миг, чтобы отдышаться.
– Господи, – выдохнул Боец. – Я думал, мы не выберемся оттуда живыми!
– А еще ничего не кончилось! – сказала Тесса. – Смотрите.
Она показала на заостренный купол павильона, возвышающийся над черными деревьями. По крыше скользило большое темное пятно. Во все стороны от него отходили длинные щупальца, с их помощью монстр цеплялся за выступы кровли. Гидеон спускался вниз. Вскоре послышался влажный шлепок – чудовище спрыгнуло на землю.
– Бежим! – крикнул Никита."
"Они понеслись сквозь кусты, раздирая в клочья одежду. На бегу Никита обернулся. Гидеон легко их нагонял, – он был уже в каких-то трех метрах за спиной Бойца, который бежал позади всех. Вне себя от ужаса, ребята выскочили на улицу сквозь дыру в ограде старого зоопарка и побежали по дороге.
В такое позднее время в этой части города почти не было машин. Лишь водитель маршрутки остановился у торгового киоска, чтобы купить сигареты, и, выходя, даже не заглушил двигатель.
– Эй! – возмущенно заорал водитель, роняя пачку сигарет. – Какого черта?!
Тут из-за угла ближайшего здания показался Гидеон и бросился за автобусом. Водитель завопил от страха и с места нырнул в окно киоска, перепугав продавщицу.
Маршрутка, визжа покрышками, неслась по ночной улице. Гидеон не отставал. Монстр преследовал ребят гигантскими прыжками, помогая себе щупальцами, и не думал уставать или отставать. Никита и Боец тряслись в пустом салоне, цепляясь за спинки кресел.
– Что он к нам привязался? – крикнул Никита. – Что мы ему сделали?
– Кто знает? – прокричал в ответ Боец. – Может, он просто запомнил нас и решил сожрать в знак благодарности за свое спасение?
– Хороша благодарность!
Никита оглянулся назад.
– Это плохо кончится, – выдохнул Никита.
Шерсть на нем уже исчезла, и сейчас он снова выглядел как обычный подросток.
Окно в боковой стене салона лопнуло, и внутрь скользнуло тонкое извивающееся щупальце черного цвета.
