Большинство магазинов закрывается в шесть, большинство ресторанов прекращает обслуживание в девять, а сельское хозяйство – в нашем случае молочное животноводство – играет важную роль в экономике. Местных жителей я считаю по-настоящему добрыми людьми. Они помогают заболевшим соседям, церкви объединяют их и возглавляют сообщество. Но в детстве обо всем этом просто не задумываешься. Что имело значение для меня, так это парки и поля, где можно было играть, бейсбольные и баскетбольные площадки, хоккейный каток. Я рос, возвращаясь из школы и сразу же убегая играть с друзьями. Где-нибудь поблизости всегда шла какая-нибудь игра. Вот что мне вспоминается в первую очередь, когда речь заходит о моем детстве. Просто как я каждый день играл в баскетбол, или в бейсбол, или в футбол, или в хоккей.
– А я-то думала, в вашем поколении все приклеены к своим айпадам, – с насмешливым удивлением призналась Мэгги.
– Родители не разрешили бы мне. Даже первый айфон мне позволили купить лишь в семнадцать лет, да и то на свои деньги. Пришлось работать целое лето.
– Они противники технологий?
– Нисколько. У меня был домашний компьютер, у родителей – мобильные телефоны. Думаю, они просто хотели, чтобы я рос так же, как они.
– В духе традиционных ценностей?
– Ваши родители нравятся мне все больше и больше.
– Они хорошие люди. Иногда я понять не могу, как им это удается.
Он вгляделся в свой эгг-ног, словно искал подсказку в бокале.
– По работе маме часто приходится слышать ужасные вещи, особенно когда она помогает полиции. О сексуальном, физическом и эмоциональном насилии, о том, как бросают детей… А моему отцу, поскольку он священник, также приходится много заниматься, по сути дела, психологическим консультированием. К нему обращаются за наставлениями, когда возникают проблемы в браке, болезненная зависимость, сложности с работой, когда дети доставляют беспокойство или даже при утрате веры. Много времени он также проводит в больнице – не проходит недели, чтобы кто-нибудь из прихожан не заболел, или попал в аварию, или понес тяжелую утрату и нуждался в утешении. Все это истощает силы моих родителей. Пока я взрослел, бывали случаи, когда кто-нибудь из них за ужином вел себя слишком подавленно и молчаливо, и я научился понимать: это значит, что выдался особенно трудный день.
– Но они все равно любят свою работу?
– Любят. И как мне кажется, оба со всей ответственностью относятся к оказанию помощи другим.
– Эта ответственность передалась и вам.
