В дыму и тени старого города, железному пламени мерцают тысячи огней. Мистик Жанны Французской и романтическая мечта героя-предательницы переплетаются в этом откровении страсти и предательства, где каждый шаг может быть последним.
Бреннан выпрямился во весь рост:
– Зная о ее связи с Тэйрном, чьи узы с каждым следующим всадником становятся все сильнее? После смерти Наолина Тэйрн едва пришел в себя! Вы же понимаете, что, если она погибнет, черный дракон тоже умрет? Или вы хотите ее запереть, потому что ее жизнь связана с жизнью Риорсона? – Он кивнул на Ксейдена.
Разочарование было столь сильным, что я почувствовала горечь на языке. Неужели это все, чем я являюсь для Бреннана? Слабостью Ксейдена?
– Я один несу ответственность за Вайолет. – Голос Ксейдена стал еще ниже и теперь сочился чистейшей злобой.
Так. Довольно.
– Она, кстати, стоит прямо перед вами, – прорычала я и, надо признаться, испытала некоторое удовлетворение, увидев, как у членов Ассамблеи отпали челюсти. – Так что хватит говорить обо мне. Попытайтесь уже поговорить со мной.
Ксейден вздернул уголок рта, и в его взгляде промелькнула гордость. Несомненная гордость за меня.
– Что вам от меня надо? – спросила я, шагнув через порог. – Надо пройти по парапету и доказать свою храбрость? Сделано. Надо предать свою страну, защищая жителей Поромиэля? Сделано. Надо хранить его секреты? – Я показала левой рукой на Ксейдена. – Сделано. Я сохранила все его секреты.
– Кроме того единственного, который действительно имел значение, – подняла бровь Сури. – Все мы знаем, как и почему вы оказались в Альдибаине.
Мое горло тут же сжалось от чувства вины.
– Это не… – начал было Ксейден, поднимаясь из кресла.
"– Ее вины в том нет. – Серебряная Борода – Феликс – встал, загородив от меня Сури. – Ни один первокурсник не в состоянии противостоять чтению памяти, особенно когда это делает тот, кого считаешь другом. – Он посмотрел прямо на меня. – Но ты должна знать, что в Басгиате у тебя теперь есть враги. Тот же Аэтос больше тебе не друг. Он сделает все возможное, чтобы убить тебя за то, что ты увидела.
– Знаю… – с горечью произнесла я.
Феликс кивнул.
– Кажется, мы закончили с этим делом, – сказал Ксейден, глядя на Сури и Ястребиного Носа, сгорбившихся под тяжестью поражения в споре.
– Надеюсь, утром у меня будут новости о Золии, – подвел итог Бреннан. – А текущее заседание Ассамблеи закрыто.
Члены совета встали из-за стола, отодвинув кресла, и один за другим прошли мимо нас. Имоджен и Боди стояли по обеим сторонам от меня, будто охраняя.
Ксейден тоже зашагал к выходу, но остановился передо мной:
– Мы направляемся в долину.
